Война с лилипутами

Пашка говорил так серьезно, что Аркаша оторопел. По крайней мере, он молчал минут пять. Потом сказал:

– Все равно не буду таскать браслет. Он тяжелый. Он мне мешает.

– Тогда я прерываю эксперимент, – заявил Пашка.

– Это еще как?

– Как? Проще простого. Алиса, сбегай к прудику, там возле коробки из-под ботинок бегает мелкое существо чуть побольше муравья. С ужасным, вздорным характером.

– И что надо сделать, командор? – спросила Алиса.

– Возьми его двумя пальцами, принеси сюда, сунь в кабину и запусти в нее увеличивающий газ.

– Я спрячусь! – донесся Аркашин голосок. – Вы меня не найдете.

– Тогда, исследователь Селезнева, я попрошу вас отыскать беглеца, но не увеличивать его, а посадить в ванну. На три дня.

– А воду напускать?

– Насчет воды мы с вами решим позже.

– Сдаюсь! – засмеялся Аркаша. – Ладно уж, буду таскать этот браслетище. Из уважения к страданиям Пашки.

– А теперь докладывай, как провел день, – сказал Пашка.

– День еще не кончился, – ответил Аркаша. – Но события были.

– Нашел? – спросил Пашка.

– Нашел, еле живой ушел. Я ее стал резать, а на ней такие липкие комки – на них жертвы и попадаются. Я тоже немножко попался… Хорошо еще, что хозяин не поспел…

– Кисточки сделал?

– Сделал, только они очень мягкие. Я тут придумал пожестче. Я видел на одной гусенице волоски – как раз что мне нужно. Я собрался ее искать, когда Пашка меня вызвал.

– Только осторожнее! – взмолилась Алиса.

– Обещаю, – сказал Аркаша. – Да и что может случиться? Я же возле коробки… Ой! На помощь!

И больше ни звука.

Алиса от растерянности помедлила, может быть, пять секунд – не больше. Пашка – ни секунды. Еще не оборвался крик о помощи, как он перемахнул через перила веранды и помчался большими прыжками по тропинке.

Но когда Алиса догнала его, стоявшего между изгородью и коробкой из-под ботинок, вокруг было пусто – ни следа Аркаши.

– Тш-ш-ш, – предупредил Пашка. – Он где-то здесь, он же рядом с коробкой…

– Я боюсь, – прошептала Алиса.

– Ти-ш-ше!

Но вокруг и без того было тихо, если не считать жужжания насекомых и пения птиц.

«Зачем трава такая высокая? – подумала Алиса. – Здесь человека не разглядишь…» Вот что-то шевельнулось в траве.

Алиса кинулась было туда, но Пашка прошептал:

– Нет, я видел, это Мордашкин играет.

Мордашкин был соседским котенком, добрым, ласковым, пушистым.

Пашка начал осторожно двигаться в другую сторону.