Войны мышей 3. Финальная битва

 – Только обладая всеми знаниями, начиная от боевых искусств и заканчивая управлением четырьмя стихиями матушки Природы мы сможем стать такими же как наш великий отец Хомо. А теперь предлагаю воздать ему хвалу и помолиться Всевышнему. Ну а потом – на ужин!

Все мышаны склонились в молитве, благодаря Создателя всех грызунов за дары, принесенные на эту бренную Землю.

– А теперь вперед, за мной! – Жилок, махнув хвостом бросился к двери, за ним устремились остальные. Только Мышан не спеша закончил молитву, аккуратно поправил свою постель и только потом не спеша направился в обеденную келью.

Глава 2. Усталый путник

Ранним вечером, когда весенний день уже закончен, но сумерки еще не наступили, по главной дороге хомячьего города Хэмстердама торопливо прошла фигура с палкой и узелком на ней, закутанная в черный балахон с небольшим капюшоном на ушастой голове. Это был мышан, по виду странствующий монах, который ищет крышу над головой, чтобы в тепле и уюте переждать пока еще довольно прохладную весеннюю ночь.

Заметив вывеску с изображением ушастого грызуна с бутылкой и надписью: «Щекастик Хо», монах ускорил шаг и вскоре уже был у входа в скромное заведение с заманчиво светящимися окнами и добродушными возгласами, несущимися изнутри.

Переступив порог заведения, монах снял капюшон и оглядевшись, направился прямиком к барной стойке, за которой священнодействовал сам хозяин сего заведения, могучий Хо – массивный хомяк с огромными щеками и добродушной ухмылкой, которая, в зависимости от посетителя могла превратиться и в страшный звериный оскал.

– Доброго вечера, уважаемый путник! Не желаете постель и скромный ужин? Можно добавить и завтрак. И все это за более чем умеренную плату.

– Благодарю вас. – Монах начал согреваться, но голос его был слегка встревожен. – Видите ли. Я иду издалека. У меня совсем нет денег. В обмен на постель и ужин я мог бы помочь чем-нибудь по хозяйству или помочь в обслуживании гостей.

– Ну что ты, брат. – Корчмарь уже догадался, кто стоит перед ним, а нашивка на капюшоне, в виде двух крестиков и палочек, расходящихся в стороны, только утвердила его в мысли, что перед ним монах из монастыря Ло-Линь. – Я почту за честь дать кров и пищу моему собрату. Сейчас тебя проводят наверх. Эй! Дубошкур! Займись! – Он глазами показал одному из подавальщиков еды, толстому хомячку на нового гостя.