Волшебная палочка и прочие неприятности

В горах повисла звенящая тишина. Только в небе парила скатерть-самобранка. Медленно кружась, она опустилась мальчику на голову.

– Ну и дела, – тихо произнёс Вовка.

– Сударыня, чего изволите? Вы здесь будете завтракать или с собой завернуть? – откликнулась скатерть-самобранка.

Вовка скинул с себя скатерть и огляделся. Метеорита он не увидел, папы и кота – тоже. Что же произошло? Мальчик поёжился. Он только сейчас сообразил, что отправился за папой в одной пижаме. Сапоги-скороходы с него слетели.

Тапки тоже исчезли. Зато на пеньке сидела крупная пушистая белка в тапках и держала залатанный узелок. Вовка съехал с крыши подъёмника. Белка не пошевелилась. Вовка подошёл поближе. Белка моргнула одним глазом.

– Белка, верни мои вещи! – осторожно попросил Вовка. – А я тебе орешков дам!

Он сделал ладошку ковшиком, чтобы белка подумала, будто там лежат орехи. Белка моргнула другим глазом, орешки её не привлекли.

– Отдай сейчас же мои вещи! – рассердился Вовка.

– Тапки не верну! – басом ответила белочка и громко икнула, протянув Вовке залатанный узелок: – Держи крепко, там метеорит!

– Бульон, это ты, что ли? А где папа?

Глава 7.

Домой с метеоритом

Папа нашёлся в медпункте чуть ниже по склону. Его унесло взрывной волной. Когда он влетел в окно медпункта, никто не удивился. На горнолыжном склоне спортсмены часто вытворяют разные трюки. Папе зафиксировали ногу и заклеили царапину на лбу. Вовке выдали одеяло и лыжные ботинки, а коту накапали две с половиной капли валерьянки.

Патрикеевы отправились в обратный путь. У Вовки в руках был узелок с уменьшенным метеоритом, папа и кот тащили остальные волшебные вещи. Укладывать их в узелок побоялись: неизвестно, как они себя поведут, столкнувшись с метеоритом. Не хватало только булавы и слона, которые улетели вниз.

* * *

Если терялось что-то из волшебного инвентаря, то на место происшествия выезжала особая сказочная комиссия, состоящая из счетовода Жур-Жура, прозванного так за то, что у него всё время урчало в животе, и некого тощего субъекта по прозвищу Глаз-Алмаз.

Этот господин всего одним глазом мог заметить то, что для двуглазых оставалось незамеченным.

Патрикеевы теряли инвентарь, как первоклассники варежки, – часто и нечаянно. Комиссия практически всегда признавала потерю безвозвратной и выдавала замену. Но просто так сказочными предметами разбрасываться нельзя.