Волшебная птица Петутукан. Сказки

Огромная птица сидела, прикованная цепью к жердочке, в середине большой клетки. А сама клетка была так велика, что занимала половину сада. На голове птицы красовался желтый гребешок, как у петуха, а клюв был огромен, как у тукана. (Если ты не знаешь, кто такой тукан, ты не заслуживаешь того, чтобы побывать еще раз в Зоологическом саду.)

– Что это за птица? – спросила Матильда.

– О, – ответила принцесса, – это мой любимец, Петутукан. Он очень ценный. Если он погибнет или его украдут, Зеленая Страна увянет или разрастется до неимоверных размеров, как модные районы Лондона.

– Какой ужас! – сказала Матильда.

– Правда, я не бывала в Лондоне, – сказала принцесса, поежившись, – но разбираюсь в географии своей страны.

– Целиком и полностью? – уточнила Матильда.

– Даже в экспорте и в импорте, – заявила принцесса. – Что ж, до свидания. Я такая тонкая, мне надо хорошенько отдохнуть, чтобы не сломаться. Няня уведи ее.

И няня увела Матильду в чудесную комнату, где было множество игрушек, таких, на которые обычно любуешься, пока тебе покупают какие-нибудь кубики или карту-головомку.

Матильда прекрасно провела там время до самого чая. А потом она пила чай с королем. Монарх был очень учтив и обращался с Матильдой так, как будто она была взрослой. Это очень понравилось девочке, и она тоже вела себя великолепно.

Король рассказал ей о своей беде.

– Знаешь, – начал он, – какой прекрасной была когда-то моя Зеленая Страна! Она и сейчас такая местами.

Но многое, все же, шиворот-навыворот, а все из-за этой птицы, Петутукана. Мы не осмеливаемся убить его или отпустить, но каждый раз, когда он смеется, кто-то в кого-то превращается. Посмотри на моего премьер-министра. Он был когда-то шестифутовым великаном, а теперь я могу поднять его одной рукой. А твоя бедная няня! Все эта птица виновата.

– А почему он смеется? – спросила Матильда.

– Не знаю, – ответил король, – я не вижу ничего смешного.

– А, может, его посадить за уроки, какие-нибудь самые скучные, и ему будет совсем не до смеха?

– Уже сажали, уверяю тебя, дитя.

Даже профессор сломал бы зубы об те науки, которые склевала птица.

– А что еще клюет Петутукан, кроме наук?

– Рождественский пудинг. Но все равно, что толку, он засмеется, даже если ему насыпать собачьих галет.

Его Величество вздохнул и передал Матильде бутерброд с маслом.

– Ты даже не представляешь, – продолжил он, – до чего нас довела птица.