Только он

Стоявшая сзади бабка, нетерпеливо подтолкнула его в спину в направлении открывшихся дверей, сердито пробубнила:

– Так выходишь ты или нет?

И Ростик вынужден был выкатиться наружу, но, пока автобус не отъехал, торчал на остановке, корчил рожи и размахивал руками, продолжая беззвучную беседу. Дима сочувственно взирал на него, но никак реагировать, тем более поддерживать это идиотское представление, не собирался. Но, стоило автобусу покатить дальше, оставив позади себя цирк в исполнении одного озабоченного клоуна, заговорила Ксюша, спросила тихонько:

– Дим, а вы реально с Ростиком на спор к англичанке подкатывать собираетесь?

В её интонациях было скорее не осуждение, а сожаление и настороженность, ну, или ещё что-то похожее, но необъяснимое словами.

Только разговаривать на эту тему совершенно не хотелось.

– Это ж Ростик придумал, вот у него и спрашивала бы, – старательно избегая излишней резкости, откликнулся Дима. – Собирается он или нет?

– Про него я и так знаю, – снисходительно хмыкнула Ксюша.

 – Он и на большую глупость способен. – И опять интонации сменилась, стали более искренними и серьёзными: – Только меня не он интересует, а ты.

Но Диме по-прежнему не хотелось обсуждать серьёзно подобные глупости. Да даже если не глупости.

– По-твоему, я тоже с головой не дружу? И могу на кого-то там спорить.

Ксюша помедлила несколько мгновений, потом пожала плечами и задумчиво выдохнула:

– Не знаю.

– Что не знаешь? – Дима почувствовал лёгкую досаду. – Дружу я с головой или нет?

– Дим! – воскликнула Ксюша. – Ну я же не о том. И дело даже не в споре. Можно же и без него. Подкатывать. – Она опять сделала паузу. Похоже, собиралась с решимостью. Или чего-то там додумывала, подстёгивая и без того не в меру разыгравшуюся фантазию. – А эта Алёна, она и правда… ну, такая?

– Какая?

– Ну… чтобы тебе понравиться. Она ведь гораздо старше.

– Вы сговорились что ли? С Ростиком. Вам больше заняться нечем? Я же вроде объяснил. Мне показалось, что я её откуда-то знаю. Или знал когда-то. Обычное любопытство. Не надо во всём искать какие-то особые смыслы. Ксюш, всё гораздо проще. А усложняем обычно мы сами. – Он подумал и исправился: – Вы с Росом усложняете.

И с чего вдруг он ударился в философию и объяснения? Когда можно просто сказать: «Всё, хватит. Не о чем тут говорить».