Только он

 – Они ещё и чему-нибудь интересненькому научить могут. Да, Димон?

– Я-то при чём?

Они уже дошли до нужной аудитории, остановились возле дверей, не торопясь заходить внутрь. Точнее, Ростик всех затормозил, вцепился в Димин рукав, уставился в лицо и, продолжая сально лыбится, запричитал:

– Ой, только не говори мне, что ты ни разу не спал… ни с одной… чтобы старше. Гораздо.

Дима нахмурился раздражённо-устало.

– Да с чего я перед тобой отчитываться должен?

Опять забыл, что в случае с Ростиком на подобные вопросы надо отвечать однозначно и прямо, иначе так и получится – самодовольный смешок и нужный ему вывод:

– То есть, спал? Да? Спал!

Ксюха закатила глаза, собираясь в очередной раз высказать что-то весьма осуждающее и критичное, но тут прозвучало совсем рядом, достаточное громкое и твёрдое:

– Я могу пройти?

Слишком неожиданно.

Дима резко дёрнулся, развернулся и оказался, ну, чуть ли не лицом к лицу. И глаза, нежно-голубые, те самые, выразительные, как-то уж чересчур близко. Загородили весь свет – кроме них и не увидеть больше ничего.

Радужка светлая, а зрачок тёмный, расширился – невозможно не заметить – и сразу опять сузился. И вместе с ним что-то там в груди точно так же распахнулось на мгновение или даже – разверзлось, ни границ, ни дна. Но тут же снова сжалось до обычного состояния. Вроде бы обычного. Но на самом деле – нет. Потому что успело, всё-таки успело вобрать в себя – чужеродное, лишнее. Не то, чтобы плохое, неудобное, но без него было точно и спокойнее, и комфортнее, и проще.

– Я могу пройти? – повторила Алёна Игоревна. Интонации по-прежнему ровные, прохладные.

Он тоже откликнулся вполне так спокойно:

– Конечно, – и вежливо отступил в сторону.

Англичанка шагнула в дверной проём, Ростик встрепенулся, бросился следом:

– Алёна Игоревна! Алёна Игоревна, а я вас так ждал, так ждал. Знаете, когда я перевод текста делал, у меня тут проблемы возникли. В одном месте.

Ага, проблемы у него – в одном месте.

Ксюша тихонечко фыркнула, провожая его взглядом, качнула головой.

– Вот ведь придурок озабоченный.

Алёна Игоревна отшила Ростика быстро и просто.

– Занятие вот-вот начнётся, на нём и разберём, где там у вас возникли трудности. Все вместе.

– Но-о… – обиженно протянул Ростик.

Алёна Игоревна чуть наклонила голову, улыбнулась сдержанно, проговорила негромко и мягко:

– Пройдите, пожалуйста, на место. – Коснулась пальчиком изящных часиков, обхватывавших тонкое запястье. – Уже пора.