Волшебник Бахрам

Ей бы надо было взять Машу в лес за город, показать ей всякие подснежники, букашки. Попросить родителей, чтобы они купили Маше птичку или рыбку. Посадить с Машей лук в банке на окне. Глядишь бы, Маша всё поняла про природу.

А Марья Ивановна воспитывала Машу двойками. Маша взяла и сбежала. Она шла и бурчала про себя:

– Камни, кирпичи – вот лучшая природа. В крайнем случае, фонари.

Вдруг канализационный люк перед ней открылся, и из него высунулась здоровая курчавая голова размером с большой котёл для плова.

– Салям алейкум, – сказала голова. – Ты кто?

Надо сказать, что Маша была одета в лёгкий современный костюмчик: рубашка, курточка, портфель и тёмные брючата.

– Я – Маша, – ответила Маша. – А вы кто?

– Я – Амфилохий, – ответил джинн из канализации.

– А что вы там делаете? – спросила Маша. – Водопровод ремонтируете?

– Я на задании, – сказал курчавый джинн. – Меня послали искать ребёнка.

– У вас ребёнок потерялся?

– Нет ещё. У нас его пока ещё нет.

– Когда как, – ответила Маша. – Дома я – толковый ребёнок, а в школе не очень. Но если я дома уроки делаю, я не очень толковый ребёнок. А когда мы в школе не учимся, а играем, я опять толковый ребёнок.

«Совсем меня запутал этот мальчик, – подумал Амфилохий. – Надо хватать его и бежать. Всё равно не могу из люка вылезти, плечи не пускают. Лучше потом обменять его, если что не так».

На всякий случай он спросил:

– А ты считать умеешь? Или читать?

– Умею, – сказала Маша.

– Ну вот сколько будет, если… если прибавить… если поделить…

Он никак не мог придумать, что к чему прибавить и что на что поделить, потому что сам был неграмотным.

– Тьфу ты! – сказал он.

Он просто вытащил мешок, схватил Машу за шкирку и запихнул её в него.

– Эй ты, лопоухий! – кричала Маша. – Ты что делаешь?

– Не Лопоухий, а Амфилохий, – отвечал джинн. – Я ребёнка нашёл.

– Ты не того нашёл! – кричала Маша.

Она сердилась, кусалась, колотила его по спине ногами, но он упрямо тащил её вниз по подземным переходам.

* * *

И вот в пещеру великого подземного Бахрама вступил довольный Амфилохий с мешком.

– Вот, – вытряхнул он Машу на пол, – принёс, хозяин.

Маша плюхнулась на толстый ко-вёр, как тощая весенняя лягушка – всеми четырьмя лапами. Но быстро вскочила и приняла позу знаменитого японского каратиста Вань-Дзань-Дзень-Фу.