Волшебник Изумрудного города (сборник)

Страшила и Дровосек разглядели, что фонтаны уже не работали, а по шпилям ползали какие-то фигурки, подбираясь к изумрудам.

– Любуетесь? – раздался резкий голос.

Страшила и Дровосек обернулись. Перед ними была Кагги-Карр.

– Что там такое делается? – спросил Страшила.

– Простая вещь, – насмешливо ответила ворона. – По приказу нового правителя все изумруды с башен и стен будут сняты и поступят в личную казну Урфина Джюса. Наш Изумрудный город перестанет быть изумрудным. Вот что там делается!

– Проклятье! – воскликнул Железный Дровосек.

 – Хотел бы я оказаться лицом к лицу с этим Урфином Джюсом и его деревяшками, и чтобы в моей руке был топор! Уж я бы позабыл для такого случая, что у меня мягкое сердце!

– Для этого надо действовать, а не сидеть со связанными руками, – ехидно сказала ворона.

– Я попробовал развязать Дровосеку руки, да у меня не хватило силы, – смущенно признался Страшила.

– Эх, ты! Смотри, вот как надо!

Кагги-Карр заработала своим крепким клювом, и через несколько минут веревки свалились с Дровосека.

– Как хорошо! – Дровосек с наслаждением потянулся. – Я был все равно как заржавленный… Теперь спустимся вниз? Я уверен, что смогу сломать дверь.

– Бесполезно, – сказала ворона. – Там стоят на карауле деревянные солдаты с дубинками. Надо придумать что-то другое.

– Выдумки – это дело Страшилы, – молвил Железный Дровосек.

– Ага, я тебе всегда говорил, что мозги лучше сердца, – воскликнул польщенный Страшила.

– Но и сердце – тоже сто?ящая вещь, – возразил Дровосек.

 – Без сердца я был бы никуда не годным человеком и не мог бы любить свою невесту, оставленную в Голубой стране.

– А мозги… – снова начал Страшила.

– Мозги, сердце, мозги! – сердито оборвала ворона. – Только одно это от вас и слышишь! Тут не спорить надо, а действовать.

Кагги-Карр была несколько ворчливая птица, но превосходный товарищ. Чувствуя ее правоту, друзья не обиделись, и Страшила начал думать.

Думал он долго, часа три. Иголки и булавки от напряжения далеко высунулись из его головы, и Дровосек тревожился, что, быть может, это вредно его другу.

– Нашел! – крикнул наконец Страшила и хлопнул себя по лбу с такой силой, что в ладонь вонзилось с десяток булавок и иголок.

Ворона, тем временем сладко дремавшая, проснулась и сказала:

– Говори!

– Надо послать письмо в Канзас, к Элли. Она очень сообразительная девочка, обязательно что-нибудь придумает.

– Хорошая мысль, – насмешливо протянула Кагги-Карр.