Волшебник Изумрудного города (сборник)

Девочка подхватила трепещущую от боли и страха птицу и сердито крикнула Джимми:

– Уходи, гадкий мальчишка!

– Отдай ворону! – захныкал Джимми. – Это – моя добыча, видишь, как я ей ловко подшиб крыло!

– Уходи, если не хочешь получить как следует!

Джимми повернул домой, поддавая ногой камешки и бормоча себе под нос какие-то угрозы. Связываться с Элли в присутствии дяди Чарли он не решился.

– Бедненькая, – с сожалением сказала Элли, приглаживая взъерошенные крылья птицы. – Тебе больно, да?

– Кагги-карр! – хрипло каркнула птица, но крик ее был уже спокойнее.

– Конечно, я не отдам тебя этому скверному мальчишке, – продолжала Элли. – Я вылечу твое крылышко, и ты опять будешь летать на свободе.

Ощупывая ворону, Элли почувствовала, что правая нога птицы чем-то обернута. Оказалось, что вокруг ноги был обмотан древесный лист, привязанный ниткой.

Элли проворно размотала нитку, развернула лист, и ее охватило смутное и тревожное предчувствие.

– Дядя Чарли, на этом листе что-нибудь должно быть! – воскликнула девочка.

Моряк и Элли стали рассматривать лист и при угасающем свете зари увидели нацарапанный чем-то острым странный рисунок. На нем изображены были две головы: одна в широкополой остроконечной шляпе, круглая, с круглыми глазами, с четырехугольным носом в виде заплатки, а другая – с длинным носом, в шапке, похожей на воронку. Рисунок был сделан немногими штрихами, но очень выразительно.

При первом взгляде на эти головы Элли чуть не лишилась чувств от изумления.

– Дядя Чарли, – воскликнула она, – да это же… это же… Страшила и Железный Дровосек!

Снова рассматривая лист, моряк и Элли обнаружили, что рисунок пересекали частые ровные линии, сходившиеся под прямым углом.

– Что бы это значило, дядя Чарли? – спросила девочка.

Опытный путешественник сразу догадался.

– Клянусь якорем! – воскликнул он. – Твои друзья за решеткой! С ними что-то стряслось, и они просят тебя о помощи!

– Кагги-карр, кагги-карр, – прокаркала ворона, и Чарли Блек готов был поклясться даже перед судом, что в переводе на человеческий язык это означало: «Да, да, да!»

– Мачты и паруса! – взревел моряк.

Но птицы не разговаривают в Канзасе, и Элли очень нескоро узнала, что случилось со Страшилой и Железным Дровосеком и как они попали в беду.

Через пустыню

В эту ночь в доме фермера Джона почти не спали.