Закончен школьный роман

Лишь немногие представали из плоти и крови, те, с которыми приятно поболтать о пустяках, похихикать над остроумными шутками и даже потанцевать. Особенно один был хорош, хитро поглядывающий на Нику глубокими, спрятанными в тени длинных ресниц, темными глазами.

Как замечательно, что он всегда оказывался поблизости! И когда к Нике подошел грузный и весьма противный парень, тоже один из знакомых Дениса (она не раз за вечер ловила на себе его напряженный взгляд), и вздумал пригласить ее на танец, а сам Денис так не вовремя куда-то запропастился, Ника имела возможность, потянув за руку темноглазого милашку, торопливо и облегченно воскликнуть: «А меня уже пригласили!» И они славно потанцевали, дурачась и выделываясь, а наконец-то объявившийся Денис долго о чем-то разговаривал с тем самым толстяком, от которого так поспешно удрала Ника.

Ника никогда бы и не вспомнила о столь незначительном происшествии – стоило ли обращать на него особое внимание? Тем более, что этот парень не стал для нее такой уж неприятной новинкой, пару раз она видела его и раньше.

Но несколько дней спустя позвонил Денис и слабым, несчастным голосом сообщил, что заболел, очень соскучился и безмерно страдает и, конечно же, безвременно уйдет из жизни, если Ника срочно не примчится к нему и не окажет первую помощь.

И Ника помчалась.

Денис открыл дверь. Вид он имел не очень-то болезненный. Ника шагнула через порог.

– Ты все придумал! – с укором воскликнула она. – Ничем ты не болеешь!

– Болею, болею! – поспешно заверил Денис.

 – Даже температура с утра была.

Он взял Никину ладонь и приложил ее к своему лбу. Ника, немного замерзшей на улице рукой, почувствовала жар, возможно, обычное тепло человеческой кожи, усиленное неестественным холодом ее пальцев.

– Но не в этом дело, – продолжал Денис, горячими руками отогревая ее озябшие ладони. – Я, действительно, очень-очень соскучился. А может, и вправду умер бы, если бы не увидел тебя.

Ника улыбалась.

Что бы там ни говорила Лада насчет ласкового, но коварного мурлыканья, но Ника с удовольствием готова бесконечно слушать тихие, жаркие, нежные слова, легким дыханием чувствуя их на своем лице, на своих губах.

И вдруг в сладкую, манящую песнь ворвался посторонний звук, уничтожив обычное очарование. Ника недовольно и встревожено повернула голову.

В дверном проеме, молча, стоял тот самый неприятный тип и смотрел странным, пугающим взглядом.