Закончен школьный роман

Он отступил еще на шаг и негромко произнес:

– У тебя вся юбка в мелу.

– Что? – Ника словно оступилась: бежала, бежала, не заметила ямку, нога подвернулась, сердце екнуло, шаг сбился.

Еще секунду назад снедающие ее чувства царили безраздельно и единолично, причиняя боль и мучая, а выражающие их слова сами срывались с губ, безжалостно унижая и раня, и вдруг все спуталось и перемешалось.

Ника растерянно посмотрела на свою юбку, заметила едва различимую белую пыль на боку и, еще больше разозленная и взбешенная, но уже от внезапного замешательства, враждебно взглянула на Степу.

– Ты… да пошел ты!

Она резко и непримиримо развернулась к нему спиной, высокомерно отошла к окну и уселась на подоконник.

Степа молча постоял некоторое время, то ли собираясь с силами, то ли дожидаясь, пока Ника поуспокоится, а потом очень вежливо попросил:

– Можно, я тоже сяду?

На что Ника безразлично пожала плечами.

– Как хочешь.

Степа, не спеша, подошел, устроился на подоконнике немного поодаль.

– Зачем ты обращаешь внимание на слова какого-то придурка! Мало ли, что привидится его больному воображению.

Он же псих, маньяк, и все, что он говорил – чушь. Ты сама знаешь! Так что, забудь! Выбрось из головы. Ты ни в чем не виновата. Ну разве только в том, что очень привлекательна. И это что – плохо? Многие девчонки хотели бы быть такими.

Ника сидела неподвижно, обхватив себя за плечи, ощущая затылком холод оконного стекла.

Почему его болтовня действует на нее так умиротворяюще? И жизнь уже не кажется такой беспросветно черной, и сама себе видишься не такой уж безнадежно плохой.

А ведь можно почувствовать себя еще лучше, если…

– Степ! Обними меня.

Не поворачиваясь, краем глаза Ника замечает удивленный взгляд и готовый открыться иронично изогнутый рот, и торопливо добавляет:

– И ничего не говори.

Степа послушно придвигается ближе, и его рука осторожно обхватывает Никину спину.

– Не знаю, почему, но так мне гораздо спокойнее.

И целую минуту Ника сидит молча и, кажется, ни о чем не думает, не шелохнувшись, впитывает мир и покой, а потом чуть поворачивает голову, отрывая взгляд от ровной, одноцветной поверхности стены.

– И все-таки я не так уж не права, – она замирает на мгновенье. – Сколько раз ты меня обнимал? А я не возражала. А ведь у меня есть Денис. А я обнимаюсь с тобой.

– Прекрати! – недовольно морщится Степа. – Ты думаешь совсем не так, как говоришь.

– Да? – вызывающе восклицает Ника.

Он прав, он как всегда прав.