Зови меня Шинигами. Дикая охота

Поэтому нечего лишний раз магию засвечивать и необычные способности афишировать.

Пусть эта ненормальная пораньше из больницы отпросится. У неё же всё равно сразу заживёт. И у Вита заживёт, быстро и бесследно. Он-то уж точно без лечения обойдётся.

Вошёл в палату, девушка подскочила в кровати. Насколько возможно подскочить с неподвижно зафиксированной ногой. И такое чувство, что убежала бы или хотя бы под кровать залезла. Если б могла.

Но никуда не деться. Сиди. И отворачиваться тоже не стоит, скрывая изуродованную сторону.

– Да не прячься ты, – хмыкнул Вит снисходительно. – Я уже видел. И мне всё равно.

Демонов не волнует красота, ни внешняя, ни внутренняя. Им даже привычней: багровый оттенок кожи, рубцы, наросты, чешуя, рога.

Близко подходить Вит не стал, сложил на груди руки.

– Я для чего пришёл-то? Чтобы ты мне моё вернула. Можешь?

Но договорить не успел, а уже понял, каким будет ответ. По выражению лица и глаз.

Не сказала, замотала головой. Не может. Потом наклонилась, уставилась на одеяло.

Раскаивается, виноватая.

Ещё как виноватая!

Подсунула Виту долговое обязательство. На всю оставшуюся жизнь. А он его подписал, пока был в нетрезвом уме и вообще без памяти. Вот и не сдержался, высказал всё, что мгновенно в душе накипело.

– Ты, вообще, думаешь, прежде чем что-то сделать? Спасаешь первого попавшегося. А если ему без надобности. Или он этого не заслуживает. Совсем. Ты же не знаешь, может, я гад какой. И так мне и надо. Плата за содеянное.

А если бы я тебя там бросил и убежал? А если бы сотворил с тобой ещё чего, похуже? Я, между прочим, демон. Понимаешь?

И чтобы у этой благодетельницы сомнений не возникло, будто он нарочно придумывает, Вит продемонстрировал свои способности. Превратился. В неё. Может, даже перестарался, что-то там гиперболизировал слегка. Со зла.

Девушка вскрикнула, дёрнулась, так что кровать скрипнула. Впечатлилась. Но, скорее всего, не способностью Вита, а своим внешним видом, взглядом со стороны.

Пальцы на руках судорожно сжались, комкая простынь. Девушка наклонилась ещё сильнее, почти пополам сложилась. Но Виту начхать, что губы у неё трясутся, а из глаз каплет. Только ещё сильнее раздражает. Вернул свой прежний вид и продолжил:

– Демон. Ни правила, ни мораль для меня не существуют. И заживает на мне быстрее чем на кошке. Так что мне твоя самоотверженность…

Вот чего он распыляется? Ей-то хуже, а ему – совсем никак. И ничего не изменишь.