Корпорация

Княжевич слушал англичанку и удивлялся. Раньше у него так не бывало – эта женщина его восхищала, но никаких постельных фантазий не вызывала. Она восхищала его как-то очень отдельно. Ему просто хотелось, чтобы эта женщина встречалась в его жизни каждый день. Рабочий день.

Пока Тамара Александровна излагала, что именно Княжевич должен сделать, дабы наставить сына на путь истинный, Игорь прикидывал, насколько это большая потеря – минус хороший учитель английского языка. Учитель сына – это важно.

В Тамаре не было ничего выдающегося. Её тридцать лет были при ней во всей красе, блондинка, но кого сейчас удивишь цветом, сухонькая, явно от природы, а не благодаря фитнесу, но именно такие женщины с возрастом становятся интереснее. Появление новых морщин не сделает её привлекательнее, но и не оттолкнет, только проинформирует: да, многое видела, кое-что знает.

– Давайте так, – перебил ее Княжевич. – Не знаю, сколько вы зарабатываете здесь, я буду вам платить столько же за индивидуальные занятия с моим оболтусом.

И у меня только что появилась вакансия помощника. Очень важно знание английского. Справитесь?

Тамара Александровна согласилась через полгода. Княжевич был сдержан, но настойчив.

Через двадцать лет он все так же обращался к ней по имени-отчеству – к женщине вечно неопределенного возраста, предпочитавшей, чтобы её называли Томой. Все, кроме Игоря Княжевича. Она вполне могла бы войти в правление, если бы Княжевич рискнул найти нового помощника.

Княжевич не рискнул.

Единственное, чего не мог предвидеть ни он, ни она, – Тамара Александровна была хорошим учителем, но её английский оказался несколько далек от стандартов серьезной международной корпорации. Впрочем, хороших переводчиков хватало.

Водителя Княжевич нашел вообще странно. Вышел прогуляться рядом с гостиницей, где проходил форум. Одно из тех мероприятий, названия которых пишут с большой буквы и ради их участников перекрывают движение в городе.

Возвращаться в гостиницу не хотелось. Суть форума была проста – показать себя всем, кто что-то значил. Игорю все время мерещилось, что вот-вот на сцену поднимется какой-нибудь фээсбэшник и объявит: всё, всех пересчитали, можете расходиться.

Рядом с гостиницей пристроился маленький книжный магазин. Княжевич долго стоял на входе – он не собирался ничего покупать, ему понравился запах.