Белый Шанхай

Хозяин раньше нанимал сирот из приюта при католическом монастыре, но время от времени монахи приезжали и проверяли, как обращаются с их воспитанниками, и потом начинались нудные разбирательства с религиозными комитетами и обществом «Защитим детей».

– Теперь хозяин берет только деревенских ребятишек, – сказал Клим. – Их родителям врут, что за время обучения детям дадут шестьдесят долларов и три смены одежды, а на самом деле их будут обирать и бить. Мало кто из них дотянет до двадцати лет, а те, кто выживут, превратятся в тёмных, затравленных и жестокосердных взрослых.

– Как же вы там работаете? – спросила потрясенная Эдна.

Клим пожал плечами:

– Как и все.

Шофер подвез его до авеню Жоффр.

– Мне ещё надо наведаться на шелкопрядильную и спичечную фабрики и посмотреть, что там происходит, – сказала Эдна. – Хотите поехать со мной?

Клим покачал головой.

– Миссис Бернар, я работаю с шести утра.

– Я буду платить вам! Сколько вы хотите? Пять долларов? Десять?

Для Клима пять долларов были недельным заработком, а для Эдны – мелочью, о которой даже не стоило думать.

Она выдала ему аванс, и они договорились встретиться завтра в девять утра на том же месте.

4

Когда статья о китайских детях была опубликована, Эдна получила полторы сотни читательских откликов – для нее это был небывалый урожай.

В качестве нового редакционного задания ей поручили поговорить с беженцами, и она снова позвала Клима на помощь.

В течение нескольких дней они ходили по рынкам и трущобам и разговаривали с русскими иммигрантами.

Раньше бедняки не особо стремились рассказывать Эдне о своих бедах – они видели в ней либо злодейку, притворявшуюся добренькой, либо чудачку, сующуюся не в свое дело. Но с Климом всё было по-другому: он сразу располагал к себе людей. Кроме того, он был наблюдателен и умудрялся подмечать детали, которые придавали репортажам Эдны особый колорит.

На её гонорары Клим справил себе полный гардероб, от шляпы до парусиновых ботинок, – и совершенно преобразился.

– Кем вы были до революции? – как-то спросила его Эдна. – Гвардейским офицером?

– Ни за что не догадаетесь. Аргентинским журналистом.

Она выслушала его историю.

– Если бы вы хорошо писали по-английски и могли предоставить рекомендации, вы бы и дня не просидели без работы, – сказала она. – Я подумаю, как вам помочь.

Глава 4.