Женщина с большой буквы "Ж"

А у нас – унылые жабо, напоминавшие кухонные занавески.

Единственное, что спасало меня от скуки репетиций, – это календарики. Сядешь на последний ряд, разложишь их на коленках… Девчонки смотрят и завидуют!

Но однажды приключилась беда.

– А ну дай сюда! – сказала Маргарита Александровна, которой очень не понравилось, что все глядели на меня, а не на неё.

Я протянула грозной женщине календарик, который похуже.

– Все, все давай! – велела Маргарита Александровна.

Мои «Города» и «Цирки» перекочевали в упитанную ладонь музыкального работника.

Петь я уже не могла: губы дрожали, слёзы текли ручьями и скапливались, невытертые, под подбородком.

После репетиции я подошла к роялю.

– А можно…

– Нельзя! – отрезала Маргарита Александровна. – Отдам только родителям.

Но я не могла привести в музыкалку родителей! Иначе бы они мигом раскрыли мой сговор с учителем по баяну. Он поклялся меня не учить, а я обещала помалкивать насчёт скрипачки Людочки, с которой он запирался в красном уголке.

До конца учебного года я не пропустила ни одной репетиции хора – всё надеялась, что Маргарита Александровна вернёт похищенное. Я несколько раз улучала момент и рылась в её пахнущей холодильником сумке. Всё было тщетно: календарики исчезли. Вероятно, Маргарита Александровна отнесла их домой и присоединила к собственной разросшейся от постоянного грабежа коллекции.

Год спустя Борька Папахин спер у нее золотое кольцо, лежавшее на рояле.

– Ты вор! По тебе милиция плачет!

– Иди на хер!

Все онемели от изумления. Ляпнуть такое взрослой женщине?! Тем болеепреподавателю?! Маргарита Александровна выпустила Борькину руку, и тот неторопливо вышел из актового зала.

Я была уверена, что Папахина посадят в тюрьму, но его всего лишь отругали на родительском собрании.

– Всё по закону, – сказал Борька после этого. – Если взрослый тырит у маленького, ему ничего не бывает, и если маленький тырит у взрослого – то же самое. Единство и борьба противоположностей – мне это старший брат объяснил.

18. Про мою домработницу

Барбара моет микроволновку. Попу туго обтягивают розовые штанишки. Каждое движение преисполнено изящества.

– Барбара, сколько тебе лет?

– Двадцать шесть.

Самый сок.