Волшебные сказки Италии

Силы оставили короля – он расхохотался! Потом, все-таки, постарался взять себя в руки:

– Извините! Это я от радости, что вижу вас! Скажите, вы и в самом деле так любите меня, как тщательно трудились над подбором платья?

– О, мой король! Гораздо больше! Я жизнь свою готова посвятить тому, чтоб вашу жизнь счастливой сделать!

«Думаю, на эти ратные труды ей мало времени осталось», – Дерамо вспомнил о статуе. Та молча хохотала.

– Я так и думал! – это вслух Дерамо произнес. – Скажите, а сердце крепкое у вас? Ну, если вдруг меня не станет, как долго проживете без меня?

– Злодей! – у короля даже лицо вытянулось, когда он услышал такое.

– Да ну! Неужто? Все мы смертны! – король снова взглянул на статую. Глаза ее были закрыты руками в бессильном приступе смеха. Беседовать королю с этой «влюбленной канарейкой» становилось уже скучно. – Благодарю вас, преданностью и любовью я сражен.

Смеральдина, все так же кланяясь, ушла.

Тут король, не выдержав, дал волю чувствам! Давно он не смеялся так. «Нет, видимо, придется умереть мне холостым. Был прав я: женщины пусты. Надеяться на верность их – напрасно тратить время. Еще с одной поговорю – и будет! Жизнь сама рассудит, был ли прав…» Король некстати снова вспомнил о Смеральдине и засмеялся…

В этот миг вошла Анджела.

«Вот чудо! Было б славно, если бы Анджела изменить смогла мой взгляд на женщин! Помоги мне, изваяние, понять, что скрыто в сердце дивного цветка!» – король Дерамо, прекратив смеяться, внимательно взглянул на девушку и перевел свой взгляд на статую.

– Прошу, присядьте! Рад вас видеть!

– И надо мной решили посмеяться? – вспыхнула Анджела.

– Ничуть, Анджела! Меня мучит лишь вопрос, зачем отец ваш так просил избавить от свидания со мной? Я вам не мил?

– Наоборот, Ваше Величество! То есть, хочу сказать, что я люблю вас, а отказ испепелит мне сердце. Вы стольким девушкам сказали «Нет!», что быть одной из них мне очень больно.

– Вот странно! – король смотрел на статую, но та молчала, бесстрастно глядя и не подавая знака. – Вы правду говорите?

– Зачем вам правда? Вы настроены смеяться – надо мною, над другими, что вереницей шли от вас, сгорая от стыда. Так горько, что и мне придется…

«Изваяние! Да что ж молчишь ты? Неужели девушка так искренна?» – душа у короля затрепетала в ожидании восторга.

А статуя молчала.