Искупление

Замок удалось отпереть, и мужчины, наконец, оказались в небольшом темном коридорчике с некрутым спуском в углублении, уходящий прямо под здание Дома. Здесь больше запертых дверей не было, и правонарушители из подвального помещения вышли в небольшой кабинет, где тут же столкнулись с хозяином заведения – с Муцухото…

Амгул теперь понял, почему Муцухото передал все дела своему брату и не может терпеть жару и имеет проблемы с сердцем. Муцухото страдал чрезмерно излишним весом. Если бы на тот момент он не стоял лицом ко входу, откуда вошли Амгул и Коо, то у этих двоих еще был шанс скрыться незамеченными, пока Муцухото медленно не развернул свое огромное тело.

Коо, разумеется, не мог знать, что Муцухото все же появляется на рабочем месте, но только в ночное время, когда наступала долгожданная прохлада, и бедняга мог без одышки добраться до Дома искусства.

Муцухото растерянно провел глазами по нежданным посетителям и только неуклюже дернулся к столу за лежащим на нем клинком, как Амгул сообразил наброситься и свалить не без помощи Коо его тело на пол.

Муцухото рухнул на живот, Коо тут же связал его руки за спиной, при этом думая, что станет теперь с его семьей после того, как его самого обвинят в преступлении незаконного проникновения, и нанесения вреда здоровью хозяина.

– Да что ты здесь делаешь ночью, Муцухото? – выругался Коо.

– Я работаю! А вот что здесь делаешь ты, сучий сын?! И что это за собачье вылюдье с тобой?!

Амгул и Коо переглянулись, отметив величину «высокопросвещенного» изречения управленца подобным местом, и отвечать на вопрос, естественно, не стали.

– Если хочешь еще немного пожить, отвечай, где находится полигон для изготовления ядер.

– Почеши в моем заду, гунън! – засмеялся Муцухото и тут же застонал от боли, получив крепкий удар в поясницу от младшего генерала.

– Неправильный ответ, – Амгул оставался спокойным, но на лбу все же проявились капли пота. Тем временем Коо обошел ближайшие помещения, и, удостоверившись, что никого больше в Доме нет, вернулся обратно.

– Знаешь, что ждет тебя, Татурри, за предательство? – прокряхтел Муцухото, который, несмотря на смену имени, знал, что Коо – перебежчик, ведь смена имени было необходимо для безопасности перебежчика, в первую очередь, от своего клана.

– Давай без подробностей, – устало произнес Коо, который всеми душой и телом искренне не желал здесь находиться, но по воле судьбы-насмешницы собственноручно рвал свою жизнь на невосстановимые части.