Зверь

… Хочется свалить все подозрения на нее, но что-то говорит мне об обратном.

Чувствую, не сработаемся. Не люблю работать в команде. Предпочитаю делать это одна.… Одна… Вдох… Море.… Прекрати смотреть… Выдох.… Отведи взгляд, светлоглазый.… Встает, уходит…. Дышу.… Дышу…. Что происходит? Последние шесть лет я так быстро не доходила до беспочвенной паники. Не доходила… Чертов Тафилдор…. Чертов Брас…. Ничего, важна цель. Я справлюсь…

Не поблагодарив повариху и помощниц и, оставив пустую тарелку и нетронутый стакан молока, я удалилась из трапезной вслед за Брасом.

В панике и суете своих мыслей я свернула не туда и почти лоб в лоб столкнулась с Авдой: в узком коридоре было темно, лампы в этом месте не горели. Авда хотела возмутиться, но взглянув на меня, резко прикрыла ладонью рот, чтобы не закричать.

– Что?! – грубо спросила я в ответ реакции служанки. Та вдруг выпрямилась и, словно взяв себя в руки, схватила под локоть и повела вглубь коридора, и прямо затолкала меня в какую-то комнату.

– Молчи! Тихо! – приказала мне не такая уж и серая и хрупкая Авда и выглянула за дверь, чтобы убедиться в отсутствии посторонних. От такого обращения я даже приоткрыла рот. Да уж, люди не всегда являются теми, кем кажутся.

– Ты что, забыла кто ты?! – вдруг налетела она на меня, заперев дверь на ключ. – Твои глаза! О чем ты думаешь?!

– Что с глазами?! Я не понимаю!

– Они светятся! – Авда сорвалась к маленькому столику с выдвижными полками, откуда разом вытащила зеркальце и подала мне.

– Что? – я взглянула в отражающее стекло и ахнула. Действительно. Но в светлой комнате свечение было слабым. Видимо в темном коридоре оно было отчетливее и ярче. – Но такое бывало в первый год. Я давно этого не замечала за собой! – кажется, я выглядела растерянной, потому что Авда смотрела на меня с величайшим сожалением. Мне даже показалось, что она вот-вот заплачет.

– Хорошо, что я это заметила, а не кто-нибудь еще, – выдохнула сердобольная женщина.

– Что же это? Я ведь могу себя контролировать, – убеждала я себя вслух, хотя понимала, что с прибытием в Тафилдор начались изменения: острая реакция на яркий свет, высокая раздражительность по всякому поводу, а теперь глаза.

– Вам нужно быть спокойнее, Алиша. Я не хочу наговаривать на ребят, но будет лучше, если о Вашей сути никто не узнает.

Я это и сама понимала.