Волшебный уговор

Они высадили Пита у его школы и поехали дальше, к школе Элины и Чарли.

– Хорошего вам дня! – воскликнула госпожа Зоммерфельд, но дочь, выскочив из машины, уже убежала. Конечно, Чарли наверняка ожидала её свита…

Прогнав мучительно кольнувшую мысль, что её-то во дворе никто не ждёт, Элина заставила себя улыбнуться:

– Спасибо, что подвезли!

Она зашла в белое с красной крышей здание школы и, ещё проходя по коридорам, ощутила одиночество – и это чувство появилось у неё не впервые.

Все шли группами, и только она одна. У всех здесь были близкие друзья, или ребята тусовались вместе на переменах. Элина тоже пыталась войти в какую-нибудь компанию, но по-настоящему подружиться ни с кем не получалось. Если договаривались пойти в кино, а её автобус опаздывал – все шли в зал без неё. Когда девчонки из её класса встречались, чтобы покататься на роликах, Элина становилась предметом всеобщих насмешек – ведь ей едва удавалось отъехать от бортика. Элина никогда толком не умела обсуждать последние сплетни, лошадей и компьютерные игры.

Даже на тренировках по хоккею, где у неё со всеми были очень хорошие отношения, настоящей дружбы между ней и остальными членами команды не складывалось. А ведь Элине нужен был только шанс, чтобы показать себя! Например, вечеринка по случаю дня рождения под каким-нибудь забавным лозунгом, где все смогут узнать настоящую Элину.

Кто-то больно толкнул её, выдернув из размышлений. Элина пошатнулась, но темноволосая девочка постарше успела подхватить её под руку.

– Вот идиот! – рассердилась девочка. – Всё хорошо?

– Да, спасибо, – Элина смущённо разглядывала свою спасительницу. – Ты ведь Юна Цукерхут, да? – Элина уже не раз видела её в коридоре. Она училась в старших классах.

– О, ты что, уже слышала эти ужасающие слухи о нашей семье и обо мне? Вроде как все мы больные на всю голову! – весело сказала Юна.

– Кое-что слышала, – смутилась Элина.

 – Но считаю, что это глупости!

– Даже не знаю, какой из них нелепее, – продолжала Юна с таким видом, словно серьёзно задумалась. – Про мою маму, которая делает игрушки, шпионящие за людьми, или про папу, который раздаёт в городе таинственные семена, чтобы выращивать запрещённые растения. А может, про меня? – Она понизила голос: – Якобы я прячу в своих произведениях тайные послания, чтобы заманивать к нам детей! Как крысолов своей флейтой.