Волынка

А его рассуждения о том, что за музыку, сочиненную специально в честь торжества, на которые его приглашали играть, то есть: за музыку, исполняемую впервые, а значит и никогда ранее никем не слышанную, а за такую музыку всегда платили гораздо дороже, чем за исполнение уже известных мелодий. Эти размышления всегда придавали ему в пути смелости, сил, и даже вдохновения. И это доставляло ему особенную радость, ни с чем в мире несравнимую.

Так что, как ни отвлекали его от сочинения лютующие гром и молния, а он только прятал от дождя поглубже под плащ волынку и с еще большим усилием , приплясывая под рождаемую в его воображении музыку выдергивал ноги из топкой густой глины размытого дождем бездорожья, продолжая мычать себе под нос обрывки мелодий.

Несколько раз он все же падал под натиском ветра. Но вставал, и вновь упрямо продолжал свой путь, чутко вслушиваясь в происходящее, чтобы услышать сокровенное звучание музыки этой ночи: в раскатах грома. В хлюпанье глины в лужах под его ногами.

В звуках хлещущего дождя.

В криках ночных птиц или хрусте ветвей деревьев. Всё это так отвлекало его, что он забывал об усталости, холоде, ночных страхах. И это был уж более не согбенный изнуренный путник, вымокший до нитки, неприкаянный странник. Он как-то весь выпрямился. Глаза его наполнились светом только ему ведомого счастья .Это был восторг слушателя, удостоенного чести слышать величественный оркестр самих небес.

Все звуки этой ночи слились и переплелись в единое звучащее русло, пронизанное и направляемое каким-то высоким смыслом.

И зыбкая грань между тем что он придумывал, и что слышал вокруг себя точно растаяла. И становилось все равно: его ли воображение и талант музыканта связало меж собою все звуки этой ночи в его воображении. Или эта дивная и величественная музыка действительно звучала над этими освещаемыми вспышками молний лесами и полями, под этим грозовым небом. Ему было все равно! Единственным желанием волынщика было запомнить, не дать ускользнуть навсегда этой прекрасной музыке из его памяти.

А лучший способ запомнить ее, это скорее сыграть на своей волынке особенно вдохновившие его мотивы этой ночи .

Смахивая со своих  щек слезы восторга, смешанные со струями дождя, волынщик приготовился к игре на волынке. Он расправил плечи и, закрыв глаз , он поднял лицо к небу. Он приготовился и вдохнул полной грудью холодный влажный ночной воздух, напоённый этой чарующей музыкой, чтобы выдохнуть его вместе с восторгом музыканта.