Воробьев Эф и рыжий кот Кешка

Нужно было только несколько раз строго, четко и громко повторять одну и ту же команду до тех пор, пока у животного не выработается рефлекс. Федька уже воображал, что дрессированный Кешка от одного «Фас» бросался на врага, кусал его за руки и за ноги и царапался что есть сил. Побежденный враг падал, а Воробьев Эф передавал его в руки правосудия.

Вечером, когда все уроки были сделаны, ужин проглочен и необходимые десять страниц в книге прочитаны, Федька решил начать дрессировку. Он схватил Кешку, который спал на диване, свернувшись теплым уютным клубочком, и принес на середину комнаты, деловито взял несколько кусочков корма и произнес:

– Ну что, Иннокентий, готов к дрессировке?

Кешка только грустно посмотрел в сторону дивана, откуда его так бесцеремонно стащили, а потом с надеждой взглянул на дверь.

– Нет, Иннокентий, даже не думай, улизнуть не получится. Лучше возьми себя в руки, то есть в лапы, и начнем, пожалуй.

Федька деловито прошелся вперед и назад, убрав руки за спину и обдумывая, как же начать дрессировку.

– Голос!

В ответ тишина. Кешка непонимающе смотрел на мальчика.

– Голос, Иннокентий, – громче и суровей произнес Федор.

Кешка молчал, будто воды в рот набрал, и только тоскливо смотрел в сторону двери в надежде, что мама или папа спасут его. Федор почувствовал, что его терпение заканчивается.

– ГОЛОС! – почти закричал Федька.

Кешка прижал уши и в ужасе попятился.

– ГООЛОООС! – лопнуло Федькино терпение, и его визгливый крик разлетелся по квартире, как и положено, со скоростью звука.

Кешка оторопел, мигнул несколько раз желтыми глазами и прежалобно мяукнул. Федька снова взвизгнул, теперь от радости, ведь он решил, что процесс дрессировки пошел, и завопил:

– УРА-А-А!

Но тут кот стал делать что-то странное, он вскочил на все четыре лапы, шерсть на его загривке поднялась, а уши прижались к шее.

Ш-ш-ш! – прошипел Кешка, недобро посматривая на горе-дрессировщика. А Федька, не понимая, в чем дело, продолжал плясать и орать от радости. Кешка, видно, совсем одурел, он дугой выгнул спину и начал носиться по комнате с подскоками и как-то боком.

– Федька, что случилось? – крикнул из кухни папа. Услышав еще и папин бас, Кешка совсем сошел с ума.