Рубашка

Уехала обратно к себе в деревню, так и жила одна с дочкой в родном селе.

Но и Алексий долго в браке не прожил. Жена его, дочь фабриканта, старше была годков на восемь. В родах умерла, а ребенок Алексия прожил всего несколько дней. Алексий все себя корил, что он виноват в смерти жены и сына. Однако время шло, а Настасью забыть он так и не смог. Приезжал к ней в деревню не раз и не два. Долго он за ней ходил, уехать предлагал, уговаривал, руки целовал да в ноги падал. Потом пропал на несколько лет – ни вестей, ни сплетен деревенских.

Появился только годков через семь. Приехал в Куприяновку и стал настоятелем сельского храма. Старая церквушка была, но люди любили ее, уютную, со старыми мироточивыми иконами. Зайдешь в нее – пахнет воском, на душе становится чище и светлее.

Время для церковнослужителей тогда было непростое. Был 1919 год, суровый постреволюционный период, гражданская война. С того времени все и грозятся храм снести. И горел храм не раз, и грабили его то белые, то красные. Потом подлатают здание, иконы соберут по домам – и снова люди приходят молиться да Господу служить.

Наверное, молится Алексий и за село, и за храм, да и за Настасью с ее семьей.

Так и живут два одиноких человека. Любят друг друга, но не тревожат.

Расставание

После прихода отца утром молодые почти не разговаривали друг с другом. Только как мимо идут, каждый по своим заботам, крепко прижимают друг друга в объятиях. Наталья плакала украдкой, чтоб Тихона не беспокоить. Ее выдавали трясущиеся плечи и красные от слез глаза.

Ночь была долгой. Уснуть не получалось. Ее руки, как неудержимые волны, плескались об его тело, губы хаотично целовали то светлые локоны, то сильные руки. Ее вдохи были глубокие, как будто вновь она не могла надышаться им. Он обнимал ее, будто успокаивал, и все время гладил по темной голове.

– Дай я в глаза твои синие посмотрю. Запомнить хочу, запомнить, – произнес Тихон.

Все чувства Натальи смешались: и любовь, и боль, и страх перед тем, как они теперь будут друг без друга.

«А как же новый дом? И что теперь – все? Этого ничего не будет? – размышляла Наталья. – Будет! Я ждать буду! Он вернется! Самое главное, не показывать ему вида, нужно держаться! Господи! Он же еще со мной, вот он!» Наталья вновь окунулась в объятия мужа.

Так и пролежали они всю ночь в объятиях друг друга.

Но утро наступило быстро. Солнечный луч выглянул из занавесок и нежно спустился на влюбленных. Наталья поднялась рано, собрала кузовок.