Очередной конец света (сборник)

Сотни фей жили здесь своей странной кукольной жизнью, и нужно просто постараться им не мешать. Огромные металлические – о том, что это феи, а не роботы с крыльями, нужно было постараться догадаться, крошечные деревянные – смотри не сдуй случайно; фарфоровые с алыми губами и синими крылышками. Очаровательные с соблазнительными впуклостями и выпуклостями, и жуткие с острейшими, не вмещающимися в рот – какой рот! – в пасть зубами!

Где-то с десятого посещения я научился перемещаться по кают-компании и не наносить ущерб коллекции.

Так бывает – все знаешь, все понимаешь и все равно оказываешься не готов – Элли отдала коммандос кают-компанию. Не знаю, о чем она думала, может быть, она решила переименовать яхту? Потому что, когда мы с Элли вошли, чтобы плотнее познакомиться с нашими гостями, это уже был не музей фей. Музеи легко превращаются в казармы, обратный процесс труден и редко достижим.

Большая коробка в углу – вероятно, именно там закончили свой путь многочисленные экспонаты.

Было чисто и пусто. Мешали две скульптуры, но теперь-то стало понятно, что это просто символы военной доблести. Им, конечно, не хватало меча или арбалета в руках. Но до конца полета наши попутчики наверняка что-нибудь придумают.

Я злился. Я пытался понять, зачем я изображал нечто невесомое и бестелесное, чтобы все экспонаты этого музея в целости и сохранности дожили до нашествия этих варваров. Чего еще ждать от Элли? Вдруг у неё крышу снесло – особо опасная форма гостефилии?

* * *

«Фея» на автопилоте шла к месту, где в последний раз было зафиксировано появление дракона.

Совсем рядом с Джунго. Судя по маршруту, он летел к местному солнышку. Погреться?

В ста пятидесяти миллионах километров от Джунго траектория полета дракона пересеклась с орбитой одной из внутренних планет – и больше его не видели. Мне понравилось, как этот момент зафиксирован в протоколе службы наблюдения Остентума: «помеха исчезла». Хорошая такая помеха – по прикидкам той же службы – где-то в полкилометра в длину.

Это если считать, что измерение от той его части, которая была направлена по движению, к противоположной его части – это длина. Еще были крылья. Огромные, больше похожие на два языка пламени, почти белые ближе к середине, уходящие в красное по краям…

Он был похож на цветок, летящий по ветру навстречу солнцу. Самый красивый цветок, который мне доводилось видеть.

* * *

На второй день полета я разлюбил еду.