Восьмирье. Книга 5. Лабиринт и чудесказки

И страшно! Настоящее сражение – это же так опасно! Можно получить ранение или даже погибнуть! Почему мама, интересовавшаяся войнами исключительно на уровне дат в учебниках истории, вдруг сама участвует в битве? Да ещё её возглавляет! Мама, которая читала вместе с ней книги перед сном, придумывала бесчисленные новые игры, жарила блины на кухне и даже собиралась на работу в строгом деловом костюме, никак не вязалась с образом предводителя битвы.

И тут вдруг неожиданная мысль поразила Вику – и заставила похолодеть, настолько она была неприятной: а как много она на самом деле знает о своей маме? Вика думала, что ей известно про неё всё-всё, это же мама! Ну, разве только про папу та почти ничего не рассказывала… Но вот недавно выяснилось, что мама родом из Восьмирья.

Что она была здесь одной из хранительниц Сердца мира. И что ей пришлось бежать. Чего ещё Вика о ней не знает?

– Где идёт битва? – наконец спросила она Лукаса. – Покажи!

– Побежали! – с готовностью ответил приятель и со всех ног помчался в сторону ближайшего холма.

Вика припустила за ним, напрочь позабыв о картографе и тех странных словах, которые он сказал. А майстер Куртис остался на месте, глядя Вике вслед, и его губы беззвучно шевелились.

* * *

Бежать изо всех сил, да ещё вверх по холму, и при этом умудряться говорить – задача крайне непростая. И всё же Вике не терпелось скорее получить хоть какие-то ответы, и она попыталась.

– Что… за… битва? – делая выдох между каждым словом, спросила она.

– С соседним… городом, – тоже пыхтя, с трудом ответил Лукас. – После Раскола… на этом Осколке… осталось сразу два города… Варекай… и Воце?я. Когда Осколок стали… называть Варекаем… воцейцы очень… обиделись…

– И всё? – перебила Вика и остановилась на вершине холма, чтобы перевести дух. – Ваш мир раскололся на кусочки, и неизвестно, соберётся ли снова в одно целое, а их волнует, чьим именем называют уцелевший кусок? Настолько волнует, что они готовы из-за этого сражаться?

– Не только из-за этого, – помотал головой Лукас и вытер пот со лба.

 – Между Варекаем и Воцеей и раньше было соперничество, и у них накопилось много обид друг на друга. Так сказать, историческая вражда. А название Осколка – это, скорее, повод.

Вика только покачала головой, поражаясь глупости местных жителей. Впрочем, она тут же себя одёрнула: не стоило судить их свысока, в её родном мире люди творили вещи и похуже, и зачастую – по смехотворным поводам.