Восьмирье. Книга 6. Рыцари Тумарья

Но Вику это не особенно успокоило. Даже если с ними будет темноход, это не поможет. Да, он проложит дорогу и выведет в место назначения, но и он не в силах защитить от Тумарья, когда оно атакует путника печалями, расстройствами, разочарованиями и страхами. Возможно, именно это главная причина, почему темноходы и не водят через Тумарье людей: какой смысл брать клиента, если после выполнения поручения он почти наверняка превратится в стонущего, пускающего слюни идиота?

Вика вспомнила Лукаса после их первого перехода через Тумарье и то, в каком состоянии он был, когда они добрались до Куидама.

Несколько минут прошли в неловком молчании; Вика переводила дыхание и втайне была рада, что ей не нужно заполнять неудобную тишину какими-то словами, ведь вот он, прекрасный предлог молчать – нужно отдышаться! А папа напряжённо осматривался, время от времени бросал насторожённые взгляды за спину и всячески скрывал нетерпение. Вика гадала, из-за чего он нервничает: из-за того, что темноход опаздывает, или из-за возможной погони.

Внезапно Вика услышала странные приглушённые звуки: что-то клацало, бряцало и металлически звенело. Она огляделась в поисках источника шума, но ничего не увидела. Между тем звуки становились всё громче и чётче, и наконец Вика поняла: их источник находится в Тумарье и, похоже, приближается!

Девочка непроизвольно попятилась и бросила быстрый взгляд на папу. Того странные звуки ничуть не встревожили; напротив, он с облегчением выдохнул. Кто бы ни шёл к ним из Тумарья, похоже, папа ждал именно его.

И вот в чёрных клубах появилась массивная, громоздкая фигура, в которой Вика не сразу признала человека. На нём были доспехи из белых пластин, которые позвякивали при каждом шаге, на поясе висели ножны, то и дело задевавшие кольчугу и добавлявшие своё бряцанье в какофонию металлических звуков. С плеч на землю красивыми складками спадал белоснежный – ни пятнышка! – плащ. Но поразительнее всего Вике показался необычный головной убор, тоже белый – нечто среднее между рыцарским шлемом и шлемом космического скафандра; именно он больше всего превращал фигуру незнакомца в странную и не совсем человеческую.

– Наконец-то! – воскликнул папа.

Незнакомец едва заметно кивнул в ответ: должно быть, шевелиться во всех этих тяжёлых доспехах ему было крайне неудобно. Вика ожидала, что он снимет шлем и что-то скажет, но тот скинул с плеч спрятанный под плащом мешок, который тяжело, с металлическим лязгом плюхнулся на землю.