Сольвейг и заклятие Змеёвых гор

И она мягко осветила, словно обняла своим тонким прозрачным светом эту нагую девичью красу.

Чернава, шепча свои таинственные заклинания, принялась ходить вокруг и каким-то зельем облила Ольгу. Та уже не прислушивалась к словам, она всецело – будь что будет! – отдалась на волю магических сил.

«Почти как Маргарита», – невольно подумала эта юная участница мистического действа. И сравнение с Булгаковской героиней пришло на ум не случайно. Ведь та намазалась волшебным кремом, прежде чем стать ведьмой.

Здесь же в ход пошла какая-то таинственная жидкость.

«Что же, я теперь тоже что ли стану ведьмой? Неужели Чернава такое задумала и мне ничего не сказала? – слегка заволновалась гостья перед лицом неизвестности. – Нет, она не могла так со мной поступить и не предупредить, если задумала провести обряд посвящения. Я просто уверена, что знахарка известила бы об этом!»

Но тут все мысли снова непроизвольно вернулись в лес, к таинственному светловолосому богатырю: «Интересно, что сказал бы Асвальд, если бы увидел меня здесь?».

В этот момент Чернава вдруг резко посмотрела на девушку, словно произнесла: «Не отвлекайся!»

Глава 4

И все постороннее тут же испарилось, оборвалось на полуслове. Вероятно, под воздействием благовония и не без помощи колдуньи. Не мудрено, ведь зелье источало непередаваемый и какой-то волшебный аромат. Утонченный, словно дорогой парфюм или какой-то драгоценный восточный эликсир. Ольга не сильна в тонкостях высокой парфюмерии, но тут готова была поклясться, что это поистине нечто божественное.

Нет, нет! Действительно не надо отвлекаться! Сейчас, в Кровавую Луну, пробил час волшебства. Так пусть он царит повсюду до самого рассвета, до первых петухов! Таинственный мир ароматов, флюидов, тонких материй, чар и заклятий властвует в мире в эту ночь!

Итак, волшебный обряд достиг своего апофеоза. Ведьма подожгла пучки какой-то травы и принялась окуривать ими свою гостью. Сапфирные глаза Чернавы блеснули особой мистической синевой, словно огнем обдали все вокруг.

В колдовском взгляде почудилось нечто непостижимое и, можно даже сказать, безумное. Знахаркина помощница стояла, как завороженная, боясь пошевелиться…

И тут прокричал петух.

Рассвет близко. Всё! Магический обряд завершен. Главная героиня мистической феерии, обновленная, благоухающая, сияющая, чувствовала себя богиней. И все ее ощущения были доселе неведомые.