Все из-за мистера Террапта

– Просто Лекси совершенно на меня не обращает внимания, зато постоянно болтает обо мне всякую ерунду, – продолжила Даниэль. – Она не садится рядом со мной за обедом, она со мной не общается, и все остальные девчонки за ней вслед. Что она скажет, то они и делают. Только Анна пока ко мне нормально относится, но мне не велено с ней дружить.

– Почему? – спросила я.

– Моя семья считает, что она может оказать на меня дурное влияние.

– Не понимаю.

– Мама и папа раньше дружили с ее бабушкой и дедушкой, и…

– Ты имеешь в виду – с ее родителями? – прервала я.

– Нет, именно с бабушкой и дедушкой. – Даниэль перестала рисовать и выпрямилась. – Моим маме с папой по сорок семь лет. Чарли, мой старший брат, родился, когда им было двадцать – в тот же год, когда мама Анны родилась у ее бабушки с дедушкой. Они все ходили в одну и ту же церковь – там и познакомились. Чарли двадцать семь, то есть маме Анны тоже должно быть двадцать семь.

– А Анне одиннадцать, – сказала я и быстро прикинула: – Значит, мама родила ее в шестнадцать.

– Точно, – подтвердила Даниэль.

– И поэтому твои родственники, особенно бабушка, считают, что Анна окажет на тебя дурное влияние? – спросила я.

– Ага, – кивнула Даниэль. – Думаю, они решили, что Анна будет похожа на свою мать, а это не тот тип людей, с которым следует знаться людям добропорядочным и верующим.

Мне не понравилось то, что рассказала Даниэль. Это было совершенно несправедливо по отношению к Анне. Однако мне хотелось услышать больше о ее матери.

– Что случилось после того, как родилась Анна?

– Я мало про это знаю, – ответила Даниэль. – Только то, что сейчас они живут вдвоем.

– Анна тут вообще ни в чем не виновата, – безапелляционно заявила я.

Даниэль кивнула. Она нагнулась и снова стала чертить по земле. Я решила больше не наседать на нее. Кажется, ее все это тоже расстраивало.

– Я с тобой буду общаться, – сказала я.

– Правда? – На испачканном грязью, заплаканном лице Даниэль появился намек на улыбку.

– Конечно правда. И я не буду слушать Алексию. – Я отложила «Там, где растет красный папоротник» в сторону и провела пальцем по земле.

– А я знаю эту книжку. Мне ее бабушка читала.

– Очень хорошая, – заметила я. – Людям обычно нравятся те герои, которые любят собак. Так мой папа говорит.

– Она грустная, – сказала Даниэль, – но я тебе не скажу, чем все закончится.

– Ладно. Давай поговорим о ней, когда я дочитаю.

– Давай. – Она пожала плечами.