Всё о Кыше, Двухпортфелях и весёлых каникулах

 – Только не бойся! Попробуй забраться в квартиру по пожарной лестнице с балкона Лёликовых!»

– Ладно. Спасибо. Придётся лезть, – ответил я, а сам сразу почувствовал знакомую слабость в коленках и кислятинку во рту.

Несмотря на это, я решил, что настал тот самый момент для главного испытания, про который папа часто говорил, что настоящий человек должен готовить себя к таким моментам всю жизнь…

Я поднялся по лестнице и позвонил в квартиру Лёликовых, которые жили под нами.

– Мишка! У меня дверь захлопнулась.

Дай по пожарке спущусь, – сказал я заспанному Мишке Лёликову из пятого класса. Причём постарался сказать это так просто, как будто просил чинилку для карандашей.

– А что у тебя зубы стучат? – спросил Мишка.

– Замёрз, – сказал я.

– Не забывай ключей, Портфель!

Мишка знаком велел мне идти за собой. Мы на цыпочках прошли по коридору в кухню. Мишка открыл балкон, раздвинул доски, приподнял квадратный люк и ворчливо заторопил:

– Быстрей! Думаешь, тепло в трусиках?

Я свесил ноги с края люка, нащупал первую перекладину пожарки, встал на неё, крепко держась руками за люк, точно так же нащупал вторую, третью… четвёртую… пятую… шестую… И даже не поверил, когда через целую вечность у меня под ногами скрипнул деревянный настил на нашем балконе…

Тут я почувствовал, что на улице очень холодно, и заметил, как от порывов ветра позванивают стёкла окон.

Я посмотрел вниз, и мне было непонятно, куда делся мой страх.

Я стоял на балконе, и вдруг в нашей кухне зажёгся свет.

Ко мне подошёл папа и спросил:

– Тоже дышим свежим воздухом?

Тут прибежал Кыш. Он очень удивился, как это я ухитрился попасть в квартиру, хотя сам посоветовал мне спуститься на балкон по пожарке.

Я почувствовал, что теперь мне не страшно рассказать папе, как и из-за чего я подслушал разговор, как забыл ключи и вот… попал на балкон.

Папа закрыл глаза и, помотав головой, спросил:

– Ты знаешь, что было бы с мамой, если бы она увидела тебя висящим над бездной? Ты очумел?

– Ты сам велел, чтобы я был смелым.

И потом, я мог свалиться только на наш балкон, а не на улицу.

– Марина! Мы тут продолжаем дышать свежим воздухом! – крикнул папа в квартиру. – Маме – ни слова! Да, я хочу, чтобы ты не был трусом, но из этого не вытекает, что ты завтра же должен в обеденный перерыв ворваться в клетку к голодным львам или положить за пазуху пару кобр. Нужно шевелить мозгами! Иди спать…

– А о чём ты говорил с Ветой Павловной? – спросил я.