Все, чего пожелаешь

– Жалко, да? – грустно произносит Ной. – Как было бы здорово, если бы все желания исполнялись в реальной жизни!

Саймон улыбается.

– Да, но так не бывает. И потом, это вовсе не здорово, если бы все-все желания всегда исполнялись. Весь мир стал бы совсем другим. А ведь есть еще и злые люди, которые желают другим только зла. Нет, мне кажется, это и к лучшему, что исполняются не все желания. Особенно не все злые желания.

Ной сразу весь сник.

– Об этом я не подумал. Да, очень жаль.

Я-то надеялся, что так бывает и в жизни. Все-таки было бы здорово, если бы мы могли пожелать все, чего захотим!

– Да, конечно. Но мы не в сказке. Мы живем в реальном мире.

– Иногда мне хотелось бы жить в каком-нибудь другом мире.

Саймон пристально смотрит на младшего брата и ждет, что сейчас тот рассмеется и скажет, что пошутил. Но Ной не смеется. Он сидит грустный, явно разочарованный. Откуда взялась эта грусть, это разочарование? Саймон хмурится в недоумении.

Ной, конечно же, не ходит в школу. Он обучается на дому, с ним занимается мама. Кроме того, он смотрит видеоуроки, которые выпускает организация, помогающая больным детям учиться. И хотя Ной быстро устает от занятий, он не желает сдаваться. Бывает, что он часами лежит в постели и смотрит обучающие программы. Поэтому он знает намного больше, чем большинство детей его возраста. Иногда Саймону кажется, что его младший брат гораздо умнее многих его ровесников.

И еще ему кажется, что Ной в их семье – старший брат, хотя он младше Саймона на целых пять лет.

Однако его настроения быстро меняются. Конкретно сейчас Ной – печальный, растерянный ребенок, который ищет у старшего брата ответы на свои вопросы. Ищет подтверждения чему-то, о чем прочитал или что видел в какой-то программе. Может быть, хочет надеяться, что чудеса все же возможны? Саймон решает ему подыграть.

– А если бы все желания исполнялись, чего бы ты пожелал? – тихо спрашивает он.

Он ждет, что Ной скажет, что хочет быть абсолютно здоровым, таким же, как все. Но младший брат снова его удивляет.

– Для себя – ничего, – говорит он. – Я пожелал бы, чтобы ты наконец-то мог делать все, что захочешь, и тебе больше не приходилось считаться с моей болезнью. И чтобы Чипса опять жила дома, и чтобы у тебя было еще двадцать кошек и тридцать цыплят. И чтобы тетя Хельга могла приходить в гости вместе с Дитером и Томасом.