Все-все-все лучшие истории о Простоквашино

Глава восьмая

Хмель цветёт

Корова Мурка, которую кот купил, глупая была и балованная. Но молока много давала. Так много, что с каждым днём всё больше и больше. Все вёдра с молоком стояли. Все банки. И даже в аквариуме молоко было. Рыбки в нём плавали.

Однажды дядя Фёдор проснулся, смотрит, а в умывальнике не вода, а простокваша налита. Дядя Фёдор кота позвал и говорит:

– Что это ты делаешь? Как же умываться теперь?

Кот хмуро так отвечает:

– Умываться и в речке можно.

– Да? А зимой как? Тоже в речке?

– А зимой можно и совсем не умываться. Кругом снег лежит, не запачкаешься. И вообще некоторые языком умываются.

– Некоторые и мышей едят, – говорит дядя Фёдор. – А чтобы простокваши в умывальнике не было!

Кот подумал и сказал:

– Ладно. Я телёночка заведу. Пусть он простоквашу ест.

А в обед опять новости. И тоже с Муркой. Приходит она с пастбища почему-то на задних ногах.

Помню, я ещё молодушкой была,

Наша армия в поход куда-то шла…

Только слов она говорить не умеет, и у неё получается:

Му-му-му му-му му-му-му-му му-му,

Му-му му-му-му му-му му-му-му-му…

И тучка у неё над головой, как шапочка. Шарик спрашивает:

– Чего это она так обрадовалась? Может, у неё праздник какой или что?

– Какой праздник? – говорит дядя Фёдор.

– Может, день рождения у неё. Или день кефира. А может, коровий Новый год.

– При чём тут Новый год? – говорит Матроскин. – Просто она белены объелась или хмеля.

А корова как разбежится – и в стенку головой трах! Еле-еле её в сарай загнать удалось. Пошёл Матроскин её доить. Через пять минут выходит, а с ним что-то странное сделалось. Матроска у него спереди как фартук надета, а подойник на голове как каска.

Я – моряк,

Гуляю на просторе,

День за днём,

С волны и на волну!

Очевидно, он молока попробовал весёлого. Шарик говорит дяде Фёдору:

– Сначала у нас корова помешалась, а теперь и кот с ума сошёл. Надо бы «скорую помощь» вызвать.

– Подождём ещё, – говорит дядя Фёдор. – Может, они в себя придут.