Мнение Джереми Флинна

Кто знает, что там у них? Скорее всего, ничего, очередной развод и кидалово. Но я не в том положении, чтобы выбирать. Из чёртового отдела Z я должен убраться как можно скорее. Что для этого нужно сделать? Сжечь сиротский приют? Убить президента? Я готов! Я все равно голосовал за другого.

– К нам обратился весьма уважаемый человек, – сказал Стэнтон. – Известный и влиятельный, мягко говоря, выше среднего. Намного! Он просил прислать ему толкового, опытного копа, чтобы распутать некое «семейное дело» – как он сам выразился.

Без огласки и официальных протоколов, исключительно в кругу его семьи. Это ясно?

Я пожал плечами. Дурака я перестал валять. Мальчишеская злость улеглась. Я коп, легавый, делаю охотничью стойку по велению инстинкта. Тем более… Тот, кто решает проблемы «известных и влиятельных» людей, как правило, имеет возможность решить и свои. А уж чего-чего, а проблем у меня было выше крыши.

– Ясно, сэр, – ответил я. – Что за дело? И о ком идёт речь?

Стэнтон переглянулся с Поттером, словно решая прямо тут и прямо сейчас: довериться ли такому сложному человеку, как я? Поттер шевельнул бровями и уставился на свои сплетённые пальцами ручищи – будто всё ещё сомневался.

Наконец, Стэнтон сказал:

– Это мистер Франклин Барквист, Флинн.

И совершенно по делу со значением добавил:

– Тот самый Барквист.

2. Тот самый Барквист

Ничего себе. Барквист. Тот самый. Человек, которому принадлежит полмира, если считать и живых, и мёртвых, или весь, если ограничиться только мёртвыми.

Это было всё равно, что сказать, что меня просит заскочить и расследовать «семейное дело» сам папа римский или президент страны.

Франклин Барквист, престарелый мультимиллиардер, владелец империи «Барквист Z инкорпорейтед» жил на вершине мира, причём не особенно фигурально. Конечно, его «Z-тауэрс», или просто «Башни», известны всему миру и без моих пояснений. Но я расскажу подробно, чтобы представление было совсем точным. Их комплекс состоит из четырёх шестидесятиэтажных небоскрёбов, расположенных квадратом и соединённых между собой тремя переходами – таким образом, чтобы при виде сверху получалась та самая буква «Z».

Квадрат, образованный этими четырьмя зданиями, вписан в идеальный круг кольцевой дороги, соединяющей небоскрёбы понизу. Фасадные же стороны, обращённые к городу, украшены огромными переплетёнными «B» и «Z», напоминая всем, кто является хозяином этого великолепия.