Ни слова маме

Тео крикнул Хадсону, чтобы тот спускался, посмотрел на часы, достал телефон. В комнату вошел сын. На нем была идеально выглаженная рубашка, лучшие джинсы, волосы на голове уложены, надушился одеколоном. На миг я задумалась, имеет ли их встреча какое-то отношение к той симпатичной блондинке, с которой нас познакомил Тео.

Остаток вечера помню смутно. Вроде, выпив один-два бокала красного, смотрела телевизор. Наверно, «Корону»[4 - Сериал про британскую королевскую семью.], не уверена.

Это вчера. А что было сегодня?

Потянувшись, взяла со стола кружку.

На дне – пара глотков кофе, все еще пахнет ванилью. На ногах до сих пор кроссовки, пальцы ног немного вспотели.

Чем я занималась, когда вернулась домой и выпила кофе?

Снова смотрю на Хадсона: надо мной он больше не стоит, расположился на другом конце дивана. Но на его лице все еще читается волнение.

– Как первый рабочий день? – вспомнила, что до сих пор не узнала.

– Нормально.

– После встречи с Тео выспался?

Он кивнул:

– Мы недолго сидели.

Обоим надо было вставать рано на работу.

– Я немного удивилась, что вы сидели вдвоем, – честно призналась я.

– Я тоже. Это он предложил. Я чуть было не отказался, а потом подумал: что тут такого? Он муж моей сестры. Не стоит его отталкивать. – Хадсон едва улыбнулся. – И знаешь что? Оказывается, он интересный парень.

– Неужели? – Сказать, что я удивлена – ничего не сказать. – Он пил?

Хадсон ответил не сразу:

– Да. Только Кендре не говори.

– Не переживай.

В чужие дела я нос не сую.

Начинает болеть голова – тру пальцами виски. Слышу, что открылась дверца для собаки. Боуи зашел на кухню. Прибежал в комнату, идет прямо ко мне. Вяло опускаю руку и кладу ему на голову.

С лица Хадсона исчезает улыбка.

– Ты что, заболела?

– Да, наверно, – тыльной стороной ладони трогаю лоб, так же я делала, когда дети были маленькие. Чувствуется температура. По правде говоря, я этому рада. Уверена, какой-то вирус. Провести весь день в постели из-за Альцгеймера – не могу себе такого позволить.

По крайней мере пока.

Не пришло еще время.

Подняв руку, трогаю жирные волосы и прихожу в ужас.

– Я в душ.

– Давай помогу подняться, – говорит Хадсон, беря меня под руку.

Поблагодарив, соглашаюсь и позволяю отвести себя на второй этаж. По пути кладу голову ему на плечо. Только мы дошли до четвертой ступеньки, как, обогнав нас, Боуи убежал в мою спальню. Во рту пересохло, язык еле ворочается. Тяжело сглатываю.