Вундеркидз. Вилдвудская академия

– Так и знала, что рано или поздно пригодится, – невозмутимо откликнулась Дарья. – Ну, вперед!

Осторожно, на цыпочках они прокрались к двери, а очутившись за порогом, бросились вниз по лестнице.

На улице ждал лимузин, а рядом с машиной возвышался все тот же огромный силач, который забирал багаж.

– Чемоданы погружены, мисс, – отчеканил он и распахнул заднюю дверь.

Великан уселся на водительское сиденье, и машина резко рванулась с места.

– Шампанского, дамы? – предложил Стамос, показывая на высокие бокалы, стоящие в углублениях рядом с каждым сиденьем.

– Пожалуй, – согласилась Дарья и кокетливо хихикнула. Стамос ждал, когда Ника возьмет свой бокал, но та никак не могла побороть тревожного ощущения неправдоподобности происходящего.

– Мистер Ледерман, можно уточнить… а откуда вы знали, что я соглашусь? Как вы вообще узнаете, согласился человек у вас учиться или нет? – Ника провела пальцем по краю бокала. Еще одна странность тревожила ее: представитель школы настолько пренебрегает законодательством, что предлагает алкоголь несовершеннолетней?!

– Нам редко отказывают, – ответил Стамос, и на миг его улыбка превратилась в холодную и торжествующую.

Такая метаморфоза напугала Нику.

– К тому же ваша мама указала свой телефон, и мы ей позвонили, – весело добавил он и рассмеялся, поднимая свой бокал и предлагая довольной Дарье чокнуться. Ника с облегчением улыбнулась и, обернувшись, увидела, как исчезает из виду Сонина многоэтажка.

Глава 2

В темном-темном лесу

Когда лимузин углубился в горы, Лос-Анджелес и застывшее над ним густое облако смога исчезли в зеркале заднего вида. По пути Стамос оживленно обсуждал с Дарьей политику, тенденции осеннего сезона, взлеты и падения в индустрии моды. Ника молчала и слушала, невольно восхищаясь небрежной элегантностью Стамоса и его манерой вести светскую беседу. Рядом с девушкой в кармане у подлокотника имелся запас журналов, несколько школьных буклетов, таких же, как тот, который ей прислали, и даже альбом современной живописи.

Они ехали уже часа три, и казалось, что поднялись выше облаков. Над ними возвышался синий купол неба, а ниже раскинулось толстое облачное одеяло, укрывшее низкие окрестные горы.