Вундеркидз. Поместье Уэйкфилд

Услышать подтверждение дядиных планов, сделанное вслух, было тяжелее, чем он предполагал.

– Значит, ты думаешь, – рассуждал Зак, – что, украв фотографическую память Ники и пересадив ее мне, вы сможете как-то подавить плохой ген?

– Я не думаю. Я знаю, – отрезал Митчем.

Зак не разбирался в науке, но он понимал ее суть: Митчем не смог спасти свою сестру, но мог использовать Зака в качестве лабораторной крысы, чтобы преуспеть там, где однажды потерпел неудачу.

– У меня нет этой патологии, – непроизвольно повысил Зак голос, который при этом предательски задрожал.

Это невозможно. Он слишком молод. Самый ранний случай в истории произошел у кого-то в возрасте двадцати семи лет. Пройдут годы, пока Зак должен будет этим обеспокоиться. Его дыхание участилось, а сердце сильно защемило там, за ребрами. Встретив холодный взгляд Митчема, он пожалел, что позволил себе проявить столько эмоций. Позволил своему разуму это брожение, а своему дыханию участиться. Показывать свою слабость дяде не было правильной тактикой.

Митчем скривил губы в победоносной ухмылке.

– Никто не застрахован от плохих генов.

С этими словами он встал, отряхнул свой и без того безупречный костюм и пошел к двери.

– Из других новостей, – протянул он, останавливаясь у двери, – дочь Паскаля ждет тебя в холле. Гораздо более подходящая компания, чем эта девушка-донор, если тебе интересно мое мнение, – снова ухмыльнулся он и вышел из столовой.

Зак зарычал в пустоте большой столовой. Его голова все еще гудела. Он был зол и чувствовал себя смертельно уставшим, несмотря на болезненный сон после снотворного. Зак нерешительно откусил кусочек круассана и направился в холл, где его ждала Вайолет.

Глава 6

Ника

Охранники втащили Нику в кабинет Хефе. Тот встретил ее теплым и любопытным взглядом – как будто бы ничего не произошло и трех подростков не приволокли насильно и не бросили в его кабинет, как мешки с картошкой.

Бастиан прошептал что-то Хефе на ухо.

– Дай-ка сюда, – велел тот, остановив при этом свой взгляд на Интеграле.

Бастиан протянул ему красную книжечку, и Хефе пролистал ее, всматриваясь в непонятный текст. Через несколько мгновений он поднял голову.

– Почему вы не обнаружили ее во время обыска? – спросил он, уставившись на Бастиана.