43 дня до конца

 – Оуэн, – товарищ вновь поднял голову, – разузнай побольше про эту Нею Росс.

Он кивнул, а я вновь взглянул на разрушенные небоскрёбы, которые уже были залиты золотым светом закатного солнца.

– Завтра мы обсудим остальное. А пока – все свободны.

Члены группы тут же развернулись, чтобы покинуть опасное здание и скорее возвратиться на базу.

Я вновь обернулся к пропасти, присев на корточки и взяв в пальцы пару камней, лежавших на земле. Мало что в этом мире бередило мою душу или терзало сердце. Всё, что произошло двенадцать лет назад, давно притупилось в памяти, оставаясь лишним напоминанием о непоправимом.

Я не любил ворошить прошлое, не любил тосковать или испытывать некую слабость.

Сейчас мне двадцать семь. И сегодня ровно десять лет с того момента, как я вступил в отряд сопротивления, который некогда являлся лишь обычной группкой людей, не желающих идти на поводу системы, не желающих лишаться чувств. Тогда ещё к этому относились менее жёстко. Люди пропадали повсюду, и мало кого заботила их судьба.

Но я знал, что моя персона была в розыске довольно длительное время.

В нынешние дни, когда Апфер был уже не настолько эффективен, как раньше, людей в сопротивлении становилось больше. Но и меры по их поимке применяли более суровые. Мы с парнями ещё на прошлой неделе нашли два тела, которых принесло течением реки к базе. Причина смерти была одна – передозировка. А чем именно – только предстояло узнать.

Прохладный ветер пробежался по пальцам, оторвав меня от размышлений.

Я встал, сжимая камни в кулаке, и ещё раз взглянул на медленно темнеющее небо, на котором рваные полосы облаков уже окрасились в кораллово-жёлтые цвета.

Я направился к лестнице, ведущей прямо к нижним этажам, бывшим некогда огромными парковками. Вся подземная жизнь былого мегаполиса, близ которого находились базы сопротивления, сейчас была надёжно скрыта от лишних глаз. И даже желай офицеры фракции найти её, получилось бы у них это минимум через неделю. А к тому времени все переходы были бы уже перекрыты.

Запах сырости, даже затхлости ударил в нос, стоило мне оказаться во мраке бывшей парковки. Мои шаги эхом отзывались в тишине, и я уверенно двигался вперёд, давно привыкнув отлично ориентироваться в кромешной темноте.

Мотоцикл, который я оставил около одной из колонн, моментально зарычал, наполняя тьму гулом мотора, стоило мне сесть и завести его. Я нашёл его лет семь назад, поломанным и больше походящим на груду металлолома.