Где ночуют зебры?

 – Сколько стоят ваши услуги и когда мы сможем встретиться?

– У нас очень, ну просто очень дорого, – вздохнул Сергей. – Но цена зависит от того, какой была ваша жена…

И тут взгляд Сергея остановился на широко распахнутых глазах Маши, которая, закрыв ладонью рот, энергично показывала ему пальцем на светящееся табло на телефоне. Но было уже поздно. Сказав нечто вроде: «Извините, я думал, что вы серьезная контора…», несостоявшийся клиент повесил трубку.

Горностаев, весь красный, сидел перед Машей и от ужаса не мог вымолвить ни слова.

Он понял, что оскорбил человека, попавшего в беду. Что начал играть в непозволительную игру с потенциальным клиентом, тем самым клиентом, о котором можно было лишь мечтать…

– Я записала его номер… 250-83-41, – Маша в знак утешения даже погладила Сергея по руке. – Ну не расстраивайся ты так…

Тут же раздался еще один звонок. Вот это уже был Никита.

– Салют! Докладываю! – орал он, словно боясь, что его не услышат. – Дронова нигде нет. Волосок порван, на нашем замке, Машка, несколько царапин.

Так что успокойся, этому мужику ты не нужна. Он скорее всего домушник…

– Никита, а что это ты такой веселый? – спросила Маша и услышала:

– ОНИ ВЫСОХЛИ. И я вам их сейчас принесу.

Когда пришел Никита, держа под мышкой картонную коробку из-под обуви, Горностаев с помощью Интернета успел определить, кому принадлежит телефонный номер. И теперь Маша вписывала в блокнот фамилию, имя и отчество хозяина: Монастырский Алексей Константинович.

– Вот. – Никита, не понимая, насколько серьезно увлечены его друзья, принялся доставать и раскладывать прямо на полу белые, странно изогнутые «звезды», действительно напоминающие чьи-то следы.

Причем довольно внушительных размеров. – Я уверен, что ты, Машка, ему уже все рассказала. Но я не обманщик и не сумасшедший. Это самые настоящие следы. И некоторые еще до сих пор сохранились… Хотя их очень мало, там же песок, дети…

– Возможно, ты прав, – сказал Сергей мягко, боясь обидеть Пузырька, – но сделаем следующим образом.

Ты спрячешь эти отпечатки, а ночью, если тебе помере… точнее, если ты увидишь снова крокодила, сразу же звони мне и буди Машку…

– Машу, – поправила его та.

– Правильно, буди Машу. А еще лучше, сфотографируй крокодила.

И тут Никита понял, что он, мягко говоря, дурак. Ведь у него же на письменном столе лежал фотоаппарат, да к тому же с пленкой. «Ладно, в следующий раз вы у меня не так запоете…» – подумал он и принялся складывать свои трофеи обратно в коробку.