Где ночуют зебры?

Это был убийца, тот самый маньяк, за которым охотилась милиция всей Москвы…

– Машка!

Она открыла глаза и увидела брата, делающего ей какие-то знаки. За столом Дронов с Горностаевым писали объявления. Словом, работа закипела. И только она одна на какое-то мгновение перенеслась из комнаты куда-то в ночь, в опасность…

Маша тряхнула головой и вернулась в реальность. «Надо бы купить кожаные брюки, в них удобнее…» – пронеслось в голове вместе с образом длинноногой девчонки, с легкостью перелетающей через забор…

– Машка, – Никита показывал ей взглядом, чтобы она пошла за ним в сторону ванной.

Маша нехотя поднялась с кресла и поплелась вслед за братом.

– Как ты думаешь, показать им то, о чем я тебе говорил?

И Маша, напрочь забывшая об их разговоре перед приходом друзей, ничего не подозревая, кивнула головой: «Валяй»

Никита взял ее за руку и потащил за собой в ванную комнату. Там на полу стояло пластмассовое ведро, прикрытое сверху полотенцем.

– Ты готова к тому, чтобы увидеть то, что там находится? – вполне серьезно спросил Никита и даже побледнел от волнения.

– Слушай, зачем ты мне морочишь голову? Открывай… Что ты еще придумал?

– Труп инопланетянина… Помнишь, я тебе говорил? – С этими словами Пузырек откинул полотенце, и Маша увидела на самом дне ведра черное обугленное тельце непонятного существа с обгоревшими крыльями. «Маленький археоптерикс», – только и успела подумать она и потеряла сознание.

Глава II

Крокодильи «звезды»

Уже третью ночь он не мог уснуть. Перед глазами стоял инопланетянин. Маленький, трогательный, сгоревший при невыясненных обстоятельствах…

После того как Маша грохнулась в обморок, Сергей и Сашка, прибежавшие на шум и крик Пузырька, и сами-то чуть не сошли с ума от страха, увидев маленькое обуглившееся чудовище.

– А я считаю, что это детеныш инопланетян, посмотрите, какой он крохотный… – говорил Никита, чувствовавший себя в центре внимания и от этого испытывавший небывалый подъем.

Он даже не думал о Маше, которую перенесли на диван, дали ей понюхать нашатырного спирта… Она очнулась, и слава богу. Так считал он, оправдывая свою холодность по отношению к сестре чисто мужскими качествами, заключающимися в том, чтобы уделять больше внимания проблемам мирового масштаба, а не опускаться до мелочей вроде девчоночьих обмороков.