Дорога в лето

До того момента ни один учитель ни разу в жизни не сделал Ди ни единого замечания. И пока они сидели на полу в школьном коридоре, Джимми пригласил ее к себе домой – поужинать с родителями.

С годами детская влюбленность переросла в серьезное чувство. Любовь Джимми стала для Ди источником вдохновения. Они с мамой записали пару песен, и звукозаписывающие компании просто с ума посходили от восторга. А потом, перед девятым классом, Ди резко похорошела. Она вытянулась, ей сняли брекеты, и она научилась укрощать свои непослушные волосы.

Тысячи парней готовы на все, только бы Ди согласилась пойти с ними на свидание. Но ей нужен только ее ковбой – простой паренек, который любит лошадей, помогает родителям в семейном бизнесе и дарит ей валентинки, сделанные собственными руками. Который любит ее слишком сильно, чтобы удерживать возле себя.

– Ох, Риган, – тяжело вздыхает Ди. – Я просто не знаю, что делать.

Залезаю под одеяло нашей необъятной двуспальной кровати. Я отказалась от отдельного номера. Я здесь не только потому, что нужна ей, но и потому, что не хочу оставаться в одиночестве.

– Вот бы вернуться во вчерашний день, когда никто ничего о Джимми не знал, – шепчет Ди. – Я так не хотела выставлять на всеобщее обозрение эту часть моей жизни.

– Не волнуйся, все скоро об этом забудут.

– Я не забуду…

Похоже, она сейчас снова разрыдается. Я тянусь за салфеткой.

– Прости, я сама не понимаю, почему до сих пор плачу.

– Ты издеваешься? – говорю я, протягивая ей салфетку. – На твоем месте я бы давно уже разгромила весь этот номер и попала в тюрьму.

Она слабо улыбается.

– Подожди. – Я напрягаю мозги – надо найти хоть что-нибудь хорошее и в то же время убедительное. – В конце лета мы будем вспоминать об этом и думать: «А помнишь, как мы влипли?» Всего лишь одно плохое воспоминание на миллион хороших.

– Умеешь ты врать, я даже не знаю, стоит ли тебе верить, – смеется она, – но очень хочется.

Некоторое время мы лежим в тишине, Ди невидящим взглядом смотрит в потолок. Наконец ее глаза закрываются, тяжело, как захлопнувшаяся дверь. Я выключаю лампу и тоже смотрю в потолок, положив голову на накрахмаленную гостиничную подушку. Здоровой рукой натягиваю одеяло ей на плечи. Свернувшаяся калачиком девушка с обложек, уснувшая с помятой салфеткой в руке, выглядит маленькой и беззащитной.