Герой УдивЛы

Его делают из ферментированного молока растения нукка, отсюда и название. – Ровендер потряс бутылкой, так что жидкость заплескалась внутри. – Очевидно, Бестиилу он нравился так же, как и мне. Нашел в его вещах из глайдера.

Зиа сморщила нос:

– Пахнет… ужасно.

– Он помогает мне снять напряжение, Зиа Девять. Ты же знаешь о моем отношении к машинам. Я нервничаю, потому что мы путешествуем на машине, да еще и в деревню, о которой я знать ничего не знаю. Обычно я действую более… осторожно.

Зиа взяла его большую ладонь в свою руку:

– Для тебя все это тоже серьезные перемены, да? Я совсем не подумала, каково тебе; наверное, была слишком увлечена отъездом.

– Ничего. Я пойду туда, куда ты идешь, – сказал Ровендер.

– Спасибо, что ты со мной.

– Для тебя важно, чтобы мы попали в то место. Должен признаться, мне и самому любопытно посмотреть, какая в нем наличествует сущность, – проговорил Ровендер и глотнул еще.

– Сущность?

– Да. – Ровендер принялся рыться в рюкзаке и что-то искать.

 – Сущность непременно проявится везде, во всем, что делают местные жители: в их искусстве, музыке, еде, зданиях, которые они строят. Если сущность какого-то места питает твой дух, то это хорошее для тебя место.

Зиа поразмыслила некоторое время над словами товарища.

– Ага, мне не терпится лучше узнать это место вместе с тобой и найти там наш новый дом.

– Дом? – переспросил Ровендер и вытащил из рюкзака вокс, а заодно полоску вяленого мяса вертиплавника. – Зиа Девять, деревня, где обитает твой вид, не обязательно твой дом.

– Да ну, конечно дом, – возразила Зиа и выковыряла ягоду из вокса. – Ведь там ты живешь среди своих. Там находишь счастье.

– Блах! – Ровендер проглотил мясо, запив его своим пойлом. – Счастье можно найти в разных местах. Можно в густонаселенном городе вроде Соласа, а можно наоборот – где-нибудь в тихой глубине леса, в одиночестве. Не обязательно жить с твоим видом.

– Ты ведь сейчас про свой вид говоришь? – не сдавалась Зиа. Она знала, что Ровендер покинул родную деревню после смерти жены и ребенка и больше никогда туда не возвращался.

Сирулианец опустил руки с едой и питьем. Зиа увидела, что на глазах у него слезы, но не понимала, от чего именно: может, просто реакция на резкий запах напитка, повисший в каюте.

Уставившись в бутылку, Ровендер негромко заговорил:

– Зиа, если ты намекаешь на тех, кого я оставил позади, то ты права. Мы с ними вроде как один вид, одинаковые снаружи – но не внутри.