Токио. Долго и счастливо

Вот он в королевской ложе в Ковент-Гарден вместе с Принцем Чарльзом и Камиллой на опере «Травиата». Здесь он на бранче с Великим герцогом Люксембургским в замке Бецдорф, а тут – на Средиземном море с королем Испании. И все в таком духе: катание на лыжах с Хансом, принцем Лихтенштейна, обед на государственном уровне в ОАЭ с президентом шейхом ибн Заидом Аль Нахайян. И вдобавок ко всему, его свежая фотография с Джорджем Клуни! Захлопываю ноутбук и отодвигаюсь от стола. Нужно перевести дух.

Нура, Глори и Хансани растерянно улыбаются.

От них веет тревогой. Возможно, если произнести это вслух, то станет больше похоже на правду:

– Мой отец – наследный принц Японии.

Не сработало.

Трудно поверить, но фотографии не врут. Мы похожи как две капли воды. Плод его чресл. Да уж, та еще фразочка.

– Детские мечты сбылись: ты – принцесса, – произносит Нура.

Принцесса. Большинство маленьких девочек мечтает быть принцессой. Только не я. Мама покупала мне кубики с изображениями Хиллари Клинтон и Рут Бейдер Гинзбург[16 - Судья Верховного суда США, известная женщина-юрист.

]. Я просто мечтала об отце, знать, кто я, и говорить об этом с гордостью.

– Если в тебе течет королевская кровь, то наверняка я тоже родовитая, – брякает Нура. – Когда я буду дома, то заплачу за составление своей родословной. Вдруг я наполовину Таргариен, на тридцать процентов принадлежу британской королевской семье и на сто процентов – пропавшая сестра Опры.

– Уверена: это так не работает, – замечает Хансани и при виде косого взгляда Нуры поднимает руки.

 – Ладно-ладно, просто говорю.

Проигнорировав ее, Нура обращается ко мне:

– Со мной никогда не приключалось ничего лучше: моя лучшая подруга – принцесса! – Она подпирает руками подбородок и, хлопая глазами, смотрит на меня. – Уж я своего не упущу.

У меня голова идет кругом. Я не могла даже подумать о таком – не то что мечтать. Ждала целых восемнадцать лет. А теперь… комок в горле. Как же неприятно. И неизбежно.

– Вся моя жизнь – обман. Почему мама скрывала от меня правду?

– А вот это – вопрос на миллион, дружище, – щелкает пальцами Глори.

3

Сообщения

17:26

Я: Мысль о разговоре с мамой – определенно лучшее слабительное на свете.

Нура: Ты сможешь.

Нура: Вперед, в духе «Закона и порядка»[17 - Американский телесериал 1990–2010-х годов.]. Настало время ответить за содеянное. Ты – отважный прокурор, который привлечет ее к ответственности.

Я: Я бы предпочла быть Маришкой Харгитей.