Токио. Долго и счастливо

Каждый предмет старинный, редкий. Бесценный. Семьи здесь оцениваются не по количеству денежных знаков, а по историческому наследию и происхождению. А что я? Все в моей жизни вдруг стало таким дешевым…

Есть и фотографии. На этих черно-белых снимках в лаконичной рамке за двойным стеклом изображен мой отец. Здесь он совсем ребенок, пальцы его лежат на клавишах пианино на фоне седзи[34 - Дверь, окно или перегородка, состоящая из прозрачной бумаги, крепящейся к деревянной раме.]. Тут он постарше, такой бравый и воинственный, в форме с латунными пуговицами.

Дальше – кадры из повседневной жизни. Вот он возле эвкалиптового дерева обнимает коалу. Тут пьет пиво в баре со своим братом. А это свадебная фотография императора и императрицы в кимоно и хакама, со всеми регалиями.

Двери открываются. Я выпрямляюсь, разглаживая подол платья. Сердце стучит. В проходе появляется он: внушительная фигура в белой рубашке с перламутровыми пуговицами и черных брюках.

Он наклоняет голову и обращается по-японски к стоящим позади него людям.

Двери закрываются. И вот мы одни. Мы можем:

(а) обняться;

(б) пожать руки;

(в) искренне улыбнуться.

Но из перечисленного мы не выбираем ничего и

(г) неловко смотрим друг на друга.

За окном плывут серые облака, солнце садится. Свет здесь не такой, как дома, – он переливается оттенками золота и жженого апельсина. Я думала, эти цвета может создать только художник. По комнате играют тени, подчеркивая твердые черты его лица. Отец выглядит отчужденным.

Я растеряна.

– Ты похожа на маму, – наконец выдает он.

Меня как будто ударили хлыстом. Правильно ли я воспринимаю его тон? Это обвинение? Сжимаю и разжимаю кулаки. Сбываются мои кошмары. Я ему не нужна. Это ошибка. Хочу сжечь весь мир дотла.

– А я подумала, что похожа на вас, когда наконец увидела фотографии.

– Похожа. Носом. Небольшая горбинка – это наследственная черта императорской семьи.

Касаюсь пальцами выпуклости на спинке носа.

– А еще ты похожа на императрицу, мою мать.

 – Тон его голоса смягчается. – Эльфийский подбородок и широко посаженные глаза. В свое время она была настоящей красавицей. Хорошо, что ты не точная копия меня. Твоя мама однажды сказала мне, что я обычно выгляжу так, будто съел горсть кислого винограда.

Я смеюсь. Пожалуй, с поджогом пока подожду.

Он стискивает зубы.

– Старался не обращать внимания на ее фразочки.

Возвращаюсь в реальность.

Повисает неловкое молчание.