Другая Блу

Слушая его голос из воспоминания, я мысленно перенеслась через пустыню, вверх к холмам. Позавчера я нашла сучковатую ветку мескитового дерева, она была такой тяжелой, что мне пришлось тащить ее к пикапу и запихивать туда по частям. У меня руки чесались очистить обуглившуюся кору, посмотреть, что же там. В своем воображении я уже видела, что это должно быть. Сложив руки поверх бумаги и притопывая ногой, я мечтала о том, что могу создать.

Прозвенел звонок. Уровень шума в комнате вырос, будто кто-то нажал на выключатель.

Вынырнув из задумчивости, я уставилась на лист перед собой. Мою жалкую историю стоило бы как-то приукрасить.

– Сдавайте работы. И, пожалуйста, проверьте, подписали ли вы листочки. А то я не смогу засчитать ваши сочинения.

Комната опустела за несколько секунд. Мистер Уилсон изо всех сил старался выровнять бумаги, торопливо сваленные на стол толпой выбегающих из класса учеников. Первый день в школе официально закончился. Он заметил, что я все еще сижу, и кашлянул.

– Мисс… м-м-м… Экохок?

Я резко встала и взяла свою работу.

Скомкала ее в шар и бросила в сторону мусорной корзины рядом с доской. Не попала, но поднимать не стала. Вместо этого схватила сумку и куртку, которая не очень-то была нужна в сорокаградусную жару. К выходу из класса я прошла, не глядя на учителя.

– До скорого, Уилсон, – попрощалась я, не оборачиваясь.

Когда я наконец добралась до парковки и увидела ждущего меня у пикапа Мэнни, у меня вырвался стон. Мануэль Хорхе Ривас-Оливарес, или Мэнни, жил в одном доме со мной.

Он и его сестра меня «удочерили». Как бездомные кошки, которые жалобно мяукают под твоей дверью несколько дней, пока ты не сдашься и не покормишь их. А когда ты наконец их накормишь, то все. Они официально становятся твоими кошками.

Так случилось с Мэнни и Грасиелой. Они болтались вокруг, пока мне наконец не стало их жалко. Теперь они думали, что они – мои, и я не знала, как их прогнать. Мэнни было шестнадцать лет, Грасиеле – четырнадцать, оба миниатюрные, с красивыми чертами лица, и оба до невозможности милые и надоедливые.

Прямо как кошки.

До нашего дома ходил автобус, и я убедилась, что мама Мэнни знает о нем, и даже настояла на том, чтобы она зарегистрировала Мэнни и Грасиелу в качестве постоянных пассажиров. И я была уверена, что раз Грасиела перешла в девятый класс, то все изменится и она тоже будет ездить на автобусе. Похоже, нет. Мэнни ждал меня, широко улыбаясь, с охапкой книг в руках.