Другая Блу

И ничего не могла поделать с тем, что за себя беспокоилась так же сильно, как и за Джимми.

Они уговорили меня выйти из машины, но в последнюю минуту я вспомнила о сумке с инструментами. Я побежала назад и вытащила ее из-за водительского кресла. Она была очень тяжелой, и мне пришлось тащить ее за собой. Мускулистый полицейский подхватил Айкаса с пассажирского сиденья и, нахмурившись, оглядел его. Потом взглянул на меня, будто собираясь что-то сказать, передумал и мягко положил собаку в патрульную машину.

– Что за… – тощий полицейский, которого, как я узнала, звали Иззард – похоже на ящерицу, – попробовал поднять сумку, но ошибся относительно ее веса.

– Что у тебя там?

– Инструменты, – коротко ответила я. – И я их не оставлю.

– Ла-а-адно, – протянул он, поворачиваясь к другому полицейскому за поддержкой.

– Ну хватит, Из. Просто положи их рядом с собакой-убийцей.

Они оба рассмеялись, будто это была очень забавная шутка. Я остановилась и уставилась на них, переводя взгляд с одного на другого, вздернув подбородок, предлагая им продолжить смеяться, если посмеют.

Странно, но они замолчали, и Иззард положил инструменты рядом с Айкасом.

Я ехала на переднем сиденье вместе с мистером Мускулистым, которого звали офицер Боулс, а офицер Иззард ехал за нами. Офицер Боулс передал кому-то сообщение по радио, назвав номера машины и еще какие-то цифры, которых я не поняла. Очевидно, это было кодовым названием вопроса: «Что мне делать с этим сумасшедшим ребенком?»

Я показала им дорогу к лагерю, по прямой в сторону холмов.

Боясь не вспомнить дорогу назад, после каньона я не сворачивала ни влево, ни вправо. Но никакого чудесного возвращения Джимми не произошло. Моя записка лежала на столе там же, где я ее оставила.

В конце концов они вызвали поисковой отряд. Меня это устраивало, значит, они будут его искать, и первые несколько дней я жила с надеждой. Они попросили меня описать папу. Я сказала, что он был не такой высокий, как Иззард, но, наверное, немного выше офицера Боулса, только не такой толстый.

Офицер Иззард посчитал забавным, что я назвала офицера Боулса толстым. Мы с офицером Боулсом не обратили на него внимания. Я сказала, что у папы были черные с проседью волосы, и он всегда заплетал их в две косички. Когда я напомнила им, что его зовут Джимми, и попросила найти его, я замолчала, боясь расплакаться. Джимми никогда не плакал, и я не буду.

Они правда его искали. Искали целую неделю. Меня оставили в доме, где было еще шесть детей.