Главный калибр. Книга мужчины

Потом стало еще более дико шпарить, но они уже очнулись и стали выползать наружу (суровый взор Павла Евгеньевича как бульдозер выгребал их…). Санек не юркнул со всеми, помог кливер смайнать, и теперь пытался с независимым видом усидеть на пляшущей палубе, остальные с уважением на его посматривали.

Капитан сразу моментом отреагировал на шквал, резко отдал все нужные команды, все проверил, и теперь неторопливо оделся во все штормовое, вылез на палубу, поправил паруса и сел рядом. Он был спокоен, хотя все вокруг свистело и ревело.

А у меня все внутри неприятно заныло, потому что стало доходить: что именно с нами случилось бы, ударь молния в яхту. Мы бы просто испарились бы вместе с яхтой.

Шторм еще крепчал.

Мои глаза метались от тучи к парусам, на компас и вперед по курсу, а мое «я» как-то заворочалось в груди. Страх стал непреодолимо вползать в меня. Стала чувствоваться прямо-таки «кожей тела» глубина воды под нами, хлипкость яхты (хотя раньше она казалась мне очень крепкой), и еще моя недолговечность.

Вспомнил, что мой дядя умер совсем недавно в возрасте 22 лет от нелепой случайности на работе. Сердце металось внутри груди, уже хотело выпрыгнуть наружу!

И вдруг я ощутил, как Кто-то большой встал рядом с моим правым плечом. Я дернулся поглядеть, кто же это появился на яхте? Никого! Но ощущение стало совсем устойчивым, надежным. Стало понятно, что Он даже не просто большой, а совсем необъятный. И еще какой-то чересчур спокойный, не по-человечески даже.

И еще добрый, или лучше – сочувствующий.

И всесильный.

Я тут же увидел свое «я» рядом с этим «Кем-то». Оказалось, что «я» совсем-совсем малюсенькое! Раньше думал, что я довольно большой и такой, что ли, влиятельный человек, а теперь даже радостно засмеялся: стало смешно от своей же глупости.

И дальше увиделось, что быть малюсеньким, это не значит быть нелюбимым. «Он» реально любит меня! Это ощущается всем собой, даже не знаю, как объяснить.

Ну, просто знаю это, и все!

И с этой секунды мне вдруг стали очень дороги мои сопливчики.

«Он» как-то дал понять, чтобы я не боялся штормяги, потому что она скоро пройдет безопасно для нашего «Наследника», и мы не погибнем. Не словами, а просто стало понятно, и все тут.

Я сразу вспомнил крапивинских «Святых Хранителей».