Глупые комиксы, розовые «мартинсы»

 – А вот тот парень за второй партой, как его зовут?

Мне сразу стало тоскливо и захотелось выбраться из-под лестницы. Но я сделал вид, что мне все равно:

– Иван. Тот, с которым ты опрометчиво отказалась садиться рядом.

– Да ну? – снова улыбнулась она. – Считаешь, я зря с ним не села?

– Для тебя это было бы лучше.

– А для тебя?

И она хитро на меня посмотрела из-под пушистых ресниц. И от ее взгляда в горле снова пересохло. Это то, о чем я подумал? Я реально ей понравился? Не может быть! И тут она затоптала пробивающийся росток надежды:

– Девушка у него есть?

– Нет.

– А та высокая, рыжая?

– Ульяна? Она – сестра Федьки Соколова. Они вдвоем на первой парте сидят.

Рита снова задумчиво смотрела перед собой:

– А девчонки, которые до меня докопались?

– Свидубская Ольга и ее подруга Катька Кочетова.

– Герлфренд?

– Нет, просто подруга. Ольга – звезда тик-тока, у нее несколько тысяч подписчиков, а у Катьки – нет.

– А остальные девчонки что собой представляют? – продолжила Рита.

– Пассивная протоплазма.

– Люблю пассивную протоплазму, – быстро среагировала она.

Я опять невольно расплылся в улыбке, ведь Шекли – мой любимый писатель.

– И директриса у нас – Ведьма.

– Ну, это в школе обычное дело! – Рита обхватила колени руками. – А что насчет тебя?

И она, насмешливо прищурившись, уставилась мне прямо в глаза. Меня снова бросило в пот, и мысли, которые за последние десять минут встали на свои места, вновь рассыпались, как эмэндэмсы из пачки, и потерялись где-то за смущением и волнением:

– А что я?

Чтобы унять руки, я крепче сжал тетрадь.

– Что ты тут делаешь?

Она специально вгоняет меня в краску? Смотрит в упор и улыбается – так, словно я ей все же до чертиков нравлюсь. Но я-то знаю, что это невозможно. Однако снова краснею и потею. Вот черт! Если она не прекратит так смотреть, то скоро мой лонгслив можно будет выжимать. По спине уже пробежал тонкий ручеек. Но она не прекратила. Она пошла еще дальше:

– А это что? Тетрадь смерти? – И потянула за краешек: – Список твоих врагов?

– Ага.

– Почему не сегодня? – хихикнула Рита.

– Потому что завтра кровавая луна и все такое.

Она снова потянула за тетрадь, а я уперся. Она дернула. И через мгновение мы оба завалились на пол. Миссионерская позиция – я сверху – меня вполне устраивала.

Ее глаза, темно-серые в полутьме, оказались прямо напротив.