Сокровища Анны Моредо

Которое, возможно, выплывет из того, что расскажет следующий жулик, заявившийся к Ортеге.

Откуда-то в ее доме этот клад все-таки взялся?

Глава 4. Мэрия Санта-Моники, ее хозяева и гости

Когда-то мэрия Санта-Моники располагалась в ратуше, но из-за прогрессирующей ветхости, не щадящей ни одно здание в городе, была вынуждена переехать. Ныне она работала в просторном двухэтажном доме, из числа городской собственности – тоже на ратушной площади, напротив полицейского участка. Ратушу в прошлом году, как смогли, отреставрировали, но вернуться обратно мэрия не пожелала, оставив исторические интерьеры туристам, которых в Санта-Монике и так побаловать было почти нечем.

Ратуша, церковь святой Моники (17-го века), да скверно работающий фонтан примерно того же времени. Вот и вся программа.

– Нам бы мост как в Ронде или хотя бы орхидариум как в Эстепоне. Мы же не дотягиваем даже до Осуны! – сетовал, искренне желая своему городу лучшей участи, мэр Эмилио Мануэль Хорхе Ортега.

Эмилио Ортега, как обычно сокращали его имя, являлся человеком, занятым круглыми сутками.

Двери в его рабочий кабинет были распахнуты постоянно. Как и в саму мэрию в целом – посетители приходили в любое удобное для них время дня, вечера и даже ночи. Если по каким-то причинам прием не был возможен, на их пути становилась Исабель Фернандес, помощница мэра, на протяжении множества лет работающая его секретарем. Ну, или ночной и воскресный сторож Филиппе – старик (при круглосуточно открытых дверях) скорей исполняющий роль ночующей в мэрии достопримечательности. Лет ему было столько, что он всерьез мог соперничать с фонтаном.

Эмилио Ортега был живописной личностью. Рано полысевший, полноватый, осанистый, но невысокого роста, на первый взгляд он производил впечатление недотепы, мечущегося в панике от одного «пожара» к другому. «Будто смотришь ролик с пандой», – как-то метко выразилась Исабель. Но на самом деле, за внешней неказистостью скрывалась натура куда более собранная, полная кипучей энергии, ошибочно принимаемой за суетливость.

Обладал он и весьма живым умом, с детства побеждая во всех региональных шахматных и покерных состязаниях – просчитывать одновременно множество вариантов, собственных и чужих действий, находилось у него в повседневной привычке.

Увы, для процветания Санта-Моники картежных и шахматных успехов ее мэра было недостаточно. Город медленно умирал, и это не было новостью уже лет сорок. Молодежь, теряя терпение, уезжала.