Голубая дымка

Он слыхивал об удивительном майском тумане, который звери и люди принимают за голубую опушку леса. Улыбнувшись своей удачи, человек решает дальше играть роль страшного охотника:

– А теперь, заяц, ты у меня «на мушке». Это – пока. Но скоро будешь на сковородке.

– На курок огурцом будешь нажимать? Ух, как пахнет чудесно! – не поддается паники зайчишка. – Хотел бы стрельнуть, давно бы палил.

На самом же деле этот зайчишка – ни жив, ни мертв. Он и сам не понимает, откуда берутся силы на бесстрашное поведение.

Начав свою игру, заяц не останавливается на полуслове, а смело разговаривает с невидимым охотником:

– Поделился бы огурчиком. Чувствую свеженький огуречек, прямо с грядки.

Услышав новый хруст огурца и шорох в котомке, заяц намеревался рвануть в траву, а там уж ползком-ползком… Какой-никакой, а все же есть шанс, что можно где-нибудь схорониться, закрыть глаза и затаиться. Что ему помешало исполнить этот план никому неведомо. Есть предположение: он и в самом деле хотел огурчика.

– Нет у меня больше огурца. Этот последний, – раздается голос из голубого кустарника. – Надо было раньше сюда плясать. А ты веселый и вижу смелый зайчонок. – Меняет тему разговора охотник.

Далее раздается заключительный хруст огурца. Через несколько секунд из Голубой Дымки высовывается вначале дуло ружья, а следом удивленная физиономия Пимина.

– Видишь, все по-правдашнему, – обращается человек к зверюшке, пытаясь скорчить враждебное лицо.

– К-к-куда более! – заикается зайчик, выдавая душевное волнение.

 – Согласен, веселый я с рождения. На счет смелости, пожалуй, помолчу.

– Нет уж, не молчи, – не унимается охотник. – Знаешь считалочку: «Раз, два, три, четыре, пять, вышел зайка погулять».

– Так, какой заяц ее не знает?!

– Тогда пересказывай скоренько. Мне ужин пора готовить.

На удивление зайца охотник присаживается рядом с зайчонком, который, упав на спину, застывает в этом положении. Ружье кладется рядом на траву. Руки человека приятельски обнимают дрожащее тело крохотного зверька.

На лице человека – добродушная улыбка. Слыша нервную дрожь зайца, Пимин поглаживая хрупкое тельце нежданной добычи, пытается шутить:

– Ну вот, обидел малыша. Лучше бы уж сразу, как в считалке: «Пив, да пав!»

С последней неудачной шуткой Пимина заяц теряет сознание и падает буквально в объятия человека.

– Эй-ей! Теперь ты нечестно себя ведешь! – тут уже волнуется по-правдашнему Пимин.