Город без памяти

 – Меркурий! Это мы! Это я, Алиса. Это я, Пашка Гераскин! Не бойтесь!

Но Меркурий продолжал вырываться из железных пальцев Ирии. Потом, стихнув, сказал плачущим голосом:

– Больно… мне больно…

– Только не убегайте, – сказала Ирия. – Мы не сделаем вам больно. – И она отпустила старика.

Тот начал растирать руки.

– Не надо, – повторял он, – я больше не буду.

– Меркурий, миленький, – испугалась Алиса, – что они с тобой сделали?

– Да, сделали, – согласился Меркурий, глядя мимо Алисы.

 – Больно.

– Кто они? – спросил Пашка. – Скажи, это дикари?

– Дикари, – согласился Меркурий.

– Погоди, Пашка, – остановила Ирия следующий вопрос Гераскина. – Меркурий в шоке. Ему нужно успокоиться.

Ирия обернулась к Меркурию и мягко сказала:

– Пожалуйста, успокойтесь. Все будет хорошо.

Она открыла сумку с аптечкой, прикрепленной к поясу, и достала оттуда прозрачный шарик. Быстро приложила его к руке Меркурия и нажала. Шарик сплющился. Его содержимое влилось под кожу Меркурию.

– Не надо, – сказал Меркурий, отводя руку Ирии.

Лекарство начало действовать сразу, хотя не совсем так, как надеялась Ирия.

Меркурий на самом деле стал куда спокойнее, но все равно не узнавал своих старых знакомых.

Ирия велела Алисе раскрыть рюкзак, достать еду. Угостили и Меркурия. Он вел себя странно. Держал в руке бутерброд, словно не знал, что это такое. Но, видно, был голоден и, увидев, что Алиса и Пашка уплетают бутерброд, совсем по-детски улыбнулся и затолкал свой бутерброд в рот.

Он жевал и улыбался. Потом взял протянутый Алисой стакан сока и долго принюхивался к нему. Выпил сок. Протянул стакан Алисе и сказал:

– Надо. Каждый день. Правильно?

– Что делать? – вздохнула Алиса. – Он еще не пришел в себя.

– Наверно, его пытали, – сказал Пашка. – Посмотрите, какие синяки на плечах и глаз подбит.

– Он сам мог упасть, – возразила Алиса. Ведь Ирия сейчас думает: если это случилось с Меркурием, то что с Тадеушем?

– Я ничего не понимаю, – произнесла Ирия.

 – Я ждала всего, что угодно, только не этого…

Меркурий хитро улыбнулся и потянулся к термосу.

Видно, он подумал, что в термосе тоже сок, никто не успел его остановить. Он хлебнул из термоса горячий бульон, завопил, стал отплевываться. Потом вскочил и сердито крикнул:

– Злые, злые!

Махнул рукой и побрел прочь.

Пашка засмеялся.

– Ты что? – удивилась Алиса.