Второй сын

Достаточно и того, что ты девочка. Это уже большой дар. Им не нужно знать о том, на что ты способна.

– А на что я способна? – недоуменно спросила она.

– Ты можешь дать зрение слепцу, – бросил он.

– На Храмовой горе много слепцов?

– Нет. Но мужчины во многом слепы. Будь осторожна, девочка. Береги свои песни.

Арвин впервые назвал ее не ведьмой и не девчонкой, и она изумленно вскинула голову. В его голосе звучали добрые нотки.

– А теперь ступай, – велел Арвин. – Иди прямо к дверям. Не останавливайся.

Покрывало с головы не снимай. Вперед. Вперед. – Он подтолкнул ее в спину, и она, покачнувшись, сделала четыре неверных шага.

Когда она обернулась, он уже растворился в лесу. Она одернула свой самодельный плащ, не снимая его с головы. Ей оставалось лишь идти вперед.

Когда она приблизилась к стражнику у дверей Лотгара, тот уже хмуро смотрел прямо на нее.

– Я пришла к Лотгару, – твердо сказала она, не глядя ему в глаза.

– Ты кто? – спросил стражник.

– Я хочу попасть в храм.

Он сбросил покрывало с ее головы.

– Ты девочка, – ахнул он.

– Да. И я хочу видеть ярла Лотгара. – Внезапно ее охватило странное спокойствие.

Воровать на том корабле было гораздо сложнее. Теперь ей хотя бы не придется прятаться среди крыс.

– Иди за мной, – сказал стражник и оставил свой пост у дверей в крепость ярла.

Потолочные балки в крепости были высокими, а мебель – тяжелой и темной. Все здесь было рассчитано на крупных и высоких людей. Стены украшали рога, перья и кубки, каменный пол был устлан мехами.

Из кухни в глубине дома доносился запах жареного мяса и хлеба. Стражник привел Гислу в зал, где вдоль стен стояли столы, а по центру оставалось свободное место. По залу слонялось несколько человек, но никто из них не ел. В огромном каменном очаге трещал огонь, две собаки не в первый раз боролись за видавшую виды кость.

В гигантском кресле на возвышении восседал человек с большой золотисто-седой бородой, окаймлявшей его широкое лицо.

С серьезным видом он говорил о чем?то с другим человеком, лицо и борода которого походили на его собственные. Впрочем, второй человек больше слушал, чем говорил.

– Вождь Лотгар! – окликнул стражник возбужденным, даже радостным голосом, и все в зале сразу повернулись к нему.

Человек в кресле взглянул на стражника, и его черты исказило раздражение. Его собеседник тоже было нахмурился, но тут же осклабился, заметив стоявшую позади высокого стражника фигурку.