Гошка-волчонок

– Не бойся, Танечка. Он ни за что не решится, даже если его попросишь ты. Это он сейчас такой храбрый, – затараторил Кешка. – У него или замок не откроется, или дела вспомнятся неотложные. Ну что, москвич? Валяй!

Вдруг Гошке стало спокойно-спокойно. Он улыбнулся.

– Открывай, а то у меня замок не откроется…

Улыбочки с лиц Генерала и Банкира как ветром сдуло.

– Сам открывай, – крикнул Генерал. – Неужели войдёшь? – Он кинул Гошке ключ и быстро, как обезьяна, полез на дерево, где уже сидел Банкир.

– Я подумаю, – крикнул в ответ Гошка, подошёл к сетке и встал, глядя на волчицу.

Она наблюдала за происходящим.

– То-то же, – сказал Генерал и спрыгнул на землю. – Ты что? – удивился Гошка. – Решил войти со мной? Он сунул ключ в скважину и повернул его. Генерал снова взлетел на ветку. Банкир на своей ветке отвернулся. Таня стояла, закрыв глаза и прижав кулачки к груди. Гошка просто физически ощущал, как ей страшно за него, за себя, ему даже плакать хотелось от благодарности ей за то, что она не кричит, не хватается за него, не бежит прочь, как эти два негодяя.

Волна раскаяния охватила его: зачем он так пугает её, – но было уже поздно. Он отворил дверь клетки, вошёл внутрь и прикрыл её за собой.

Всё тело было напряжено, как струна.

«Если она оскалится, сразу выскочу, – подумал он. – Если успею», – мелькнула другая мысль, но Гошка усилием воли прогнал её.

Он стоял у двери и глядел на волчицу. Она смотрела на него, наклонив голову, как собака, которой интересно, что это происходит такое необычное, потом подошла к нему и ткнулась лбом ему в грудь.

Дикое напряжение сразу оставило Гошку, ноги ослабли, он сел на пол, закрыл глаза и почувствовал, как что-то тяжёлое, тёплое привалилось к его боку.

Глаза открылись сами: волчица лежала, прижавшись к нему и положив голову на лапы. Гошка оглянулся. Таня стояла, вцепившись в сетку, и неотрывно смотрела на него огромными, потемневшими от волнения почти до черноты глазами.

Гошка глубоко вздохнул, выдохнул, несколько раз провёл ладонью по спине волчицы, быстро встал и вышел из клетки. Дрожали руки, когда он запирал замок, дрожали ноги.

«Только бы эти гады не заметили, как трясусь», – подумал он.

Таня стояла, закрыв лицо руками. Он шагнул к ней и тронул за плечо.

– Вот и всё… – начал он и вздрогнул, увидев её глаза.

– Да! Всё! – крикнула она и ударила его по лицу.

Ошеломлённый Гошка схватился за щёку и замер.